Леди не копают могилы

А потом на его лице мелькнула насмешка. — И как ты себе это представляешь? У меня рабочая поездка, я наконец-то вырвался из этого душного поместья... — «Душное»? Так вот как он на самом деле думает об этом месте. — Мне предлагает себя красивая раскованная женщина, с которой, как я рассчитываю, мы никогда больше не встретимся. И я такой: «Нет-нет, дамочка, зря вы меня соблазняете, я не принадлежу себе и даже не подданный вашего королевства. Дать вам адрес моей хозяйки? Может, она уступит вам меня на ночь-другую по сходной цене». Так, что ли, я должен был поступить?

Его губы улыбались, а вот глаза нет.

Непривычно темные и какие-то совершенно бездонные, они смотрели на нее с вызовом.

Нет, это точно не попытка оправдаться — это глухая оборона, внезапно поняла Диана. А еще позиция человека, ясно дающего понять, что не считает себя виноватым.

Она качнула головой.

— Не такими словами. Но да, ты должен был сказать.

— Да неужели? — отозвался Марко тем самым издевательским тоном, за который ей периодически хотелось то отвесить ему пощечину, то поцеловать, чтобы заткнулся. — И что бы ты сделала?

Диана вскинула подбородок, прямая, напряженная, как струна.

— Не стала бы иметь с тобой ничего общего.

Марко рассмеялся. Зло, ядовито и вместе с тем горько."

"— «У вас здесь рабы! Они же люди! С людьми так нельзя!» — спародировал он высоким голосом. — Не так ли ты говорила, обвиняя меня в пособничестве твоей тетке? Что, — его голос зазвенел металлом, — жалеть приблудных собак на расстоянии — благородно, а впустить в свой чистенький дом — противно?

— Да! — выкрикнула Диана, неосознанно подавшись вперед и теперь уже наверняка прокалывая кожу ладоней ногтями.

— Рабство — это не просто другое сословие, это...

— Позор? — холодно подсказал Марко, изогнув бровь. — Позор для леди вступить в связь с рабом.

— Да, — словно со стороны услышала Диана собственный голос.

Черт возьми, она не это хотела сказать, не за этим сюда пришла. Она и не думала так никогда. Не думала же? Ди больше сама не знала ответа.

Чувства вины и обиды перемешались, создав какой-то совершенно взрывоопасный коктейль. И она, не в силах сдержаться, громко топнула ногой.

— Это не отменяет того факта, что ты меня обманул! Обманул! И тебе даже не стыдно!

Как он на нее смотрел — таким взглядом можно убить.

— А тебе? — задал Марко вопрос в ответ.

Она почувствовала, как кровь приливает к лицу, но только упрямо качнула головой.

— Ясно, — резюмировал он, разведя руками в воздухе. — Значит, мы оба ошиблись друг в друге: ты думала, что я достойный господин, а я думал, что ты личность, а не избалованная кукла, какой мне сперва показалась.

Нет, ну это уже слишком.

— Не смей, — прорычала Диана, шагая к нему и замахиваясь.