Леди не копают могилы

— Что ты тут делаешь? — строго спросила Диана, открыв и обнаружив за своим порогом Марко.

Он изогнул бровь.

— А ты думала, я дам добро Глашире натравить на тебя маньяка и пойду со спокойной совестью спать? — поинтересовался язвительно. И, нагло оттеснив ее плечом, вошел в комнату.

Диана прикусила губу, давя в себе улыбку, и, на всякий случай выглянув в коридор в поисках наблюдателей тетки (никого не увидела), закрыла дверь изнутри.

Глава 26

— Думаешь, он придет? — тихо спросила Диана.

Она лежала под одеялом, лицом к окну. Ложиться до ужаса не хотелось, но и рисковать тем, что в случае появления убийцы не успеет добежать до кровати и притвориться спящей, было бы глупо.

— Уже «он»? Ты же думала, это «она», — так же негромко откликнулся Марко.

Сам он устроился прямо на полу, за боковиной шкафа, так, чтобы его нельзя было заметить, если заглядывать в комнату из окна — несмотря на то что лампу они выключили, в помещении все равно стояла не полная темнота благодаря лунному свету снаружи.

— Ты сам убедил меня, что вряд ли это «она».

— Но у «нее» было бы больше логичных мотивов. Помешанного на Себастиане мужика мне сложно представить.

Ди прыснула и тут же накрыла рот одеялом. Не шуметь, самое главное — не шуметь.

— Но лучше бы это была нежить, — помолчав, сказал Марко.

— Потому что иначе это кто-то знакомый?

Он хмыкнул и, она даже не сомневалась, поморщился.

— А ты как думаешь?

Поразительно, Ди умудрилась к нему так привыкнуть за небольшой, в общем-то, срок, что могла, не видя, угадать его мимику, ориентируясь только по интонации.

— Жнеда думает, что ты ее ненавидишь, — прошептала Диана, неожиданно для самой себя меняя тему.

Наверное, мудро было бы замолчать и прислушиваться, не крадется ли кто-то снаружи.

Но, во-первых, она боялась в таком случае уснуть. А во-вторых, ей чертовски нравилось с ним разговаривать — неважно о чем.

— Я — ее? — ожидаемо удивился Марко. — За что?

Ди пожала плечом.

— Говорит, смотришь с ненавистью.

— Пф-ф.

— И я ей так сказала. Придумывает от страха. Но, говорит, замечает, что на меня ты смотришь иначе.

— Мне, может, глаза еще завязать?

Диана улыбнулась.

— Тогда она решит, что это для того, чтобы ее не видеть.

Он помолчал. Потом серьезно спросил:

— Она всегда такая мнительная?

Ди задумалась и не менее серьезно ответила:

— Я не знаю.

— Много ли она прежде с ней общалась? Хорошо хоть, имя запомнила и от других отличала. — Может, это беременность на нее так действует?

— Хорошо бы.

— М-м?

— А ты думаешь, я смогу постоянно держать язык за зубами, чтобы ее ненароком не обидеть?

И Ди захотелось одновременно смеяться и плакать. Потому что представить Марко вечно сюсюкающим с кем-то и следящим за каждым своим словом было попросту невозможно.