Леди не копают могилы

— Захотелось — побежала и прислала мне записку, по тексту которой можно было судить, что тебя тут убивают.

Она фыркнула.

— Я хотела, чтобы ты точно приехал.

Он закатил глаза.

— А то, что у меня могут быть дела, в твою хорошенькую головку не пришло?

Нет, ну это уже ни в какие ворота…

— Приехал — значит, мог, — огрызнулась Диана и, кое-как встряхнув платье, рваными, нервными движениями начала натягивать его на себя.

— Конечно мог! — возмутился Марко. — Бросил прибывшего всего на несколько часов закупщика и помчался к тебе!

Ох черт...

Но Ди и не подумала извиняться.

— Значит, не надо было мчаться! — бросила в ответ.

— И не надо было! — охотно согласился Марко, тоже разошедшийся не на шутку. — Только я все время забываю, что имею дело с избалованной аристократкой, которой нет дела ни до кого, кроме себя любимой!

Смотрите-ка на него, нашелся святой праведник.

Диана кое-как натянула платье на плечи и, так и не застегнув его сзади, с открытой спиной шагнула к этому наглецу, намереваясь... что? Она и сама не знала. Поэтому остановилась, вскинув к нему лицо и сжимая от ярости кулаки.

— Что-то на том постоялом дворе ты тоже не больно-то думал о других. Я могла быть чужой женой, чьей-то невестой, да хоть давшей обет монахиней. Но чужими обязательствами ты отчего-то не больно-то интересовался.

Марко поморщился.

— Вот уж точно не монахиней...

— Не смей меня оскорблять, — перебила Диана. — Ты понял, о чем я. И приглашая тебя сюда, я прежде всего рисковала своей репутацией, а не чьей-то еще.

Он прожег ее взглядом.

— То есть о моей репутации ты даже не подумала?

И Ди, уже набравшая в грудь побольше воздуха, чтобы продолжить высказывать ему все, что о нем думает, медленно выдохнула.

Нахмурилась.

— Что? Ты-то при чем?

— А при том, — отчеканил управляющий, все еще испепеляя ее взглядом, — что здесь каждая дворовая собака знает, сколько работниц поимел твой расчудесный братец. Думаешь, про меня будут судачить меньше?

Незастегнутое платье поползло с плеча, и Ди нервным движением вернула его на место.

— Я — не работница.

— Я — работник, — отрезал Марко. — И если своему племяннику хозяйка спускает с рук «мелкие шалости», — он скривился, коверкая голос и явно цитируя упомянутую только что старуху, — то мне она за шашни с тобой спасибо не скажет.

Диана фыркнула, собираясь высмеять использованное в адрес их не случившейся связи слово «шашни», но отвлеклась. Дурацкое платье снова соскользнуло с плеча, да так, что полностью оголило левую грудь.

— Черт тебя, — ругнулась Ди, подхватывая рукав-фонарик и возвращая его на место.

Марко, глядя на это, возвел глаза к небу, после чего подошел к ней и самым наглым образом повернул ее за плечи спиной к себе.