Ледяной укус

На ней лежал снег, но сейчас стояло раннее утро, солнце сияло ярко, и все мерцало в его лучах.

Я смела снег с большого, похожего на ящик предмета, выглядевшего как часть вентиляционной системы, и села на него, не заботясь о платье. Обхватив себя руками, я с удовольствием разглядывала открывающийся вид, радуясь солнцу, которое было для меня редкостью. Несколько минут спустя позади хлопнула дверь, и этот звук напугал меня. Оглянувшись, я испугалась еще больше, увидев Дмитрия. Сердце слегка затрепетало, и я отвернулась, не зная, чего ожидать. Хрустя подошвами по снегу, он подошел ко мне, снял свое длинное пальто, накинул его мне на плечи и сел рядом.

– Ты, наверное, замерзла.

Так оно и было, но мне не хотелось признавать это.

– Солнце взошло.

Он откинул голову назад, глядя на идеально голубое небо. Я знала – ему так же, как мне, не хватает солнца.

– Тем не менее мы все еще в горах в разгаре зимы.

Я не отвечала. Какое-то время мы просто сидели в спокойном молчании. Время от времени легкий ветерок вздымал вокруг клубы снега. Для мороев сейчас наступала ночь, и большинство из них скоро лягут спать, поэтому на лыжных трассах никого не было.

– Моя жизнь – сплошное несчастье, – в конце концов сказала я.

– Нет, не несчастье, – автоматически ответил он.

– Ты шел за мной с приема?

– Да.

– Я даже не знала, что ты там. – Судя по темной одежде, он присутствовал на приеме в качестве дежурного стража. – Значит, ты видел, как прославленная Джанин подняла шум, утащив меня оттуда.

– Никакого шума не было. Вряд ли кто-нибудь вообще заметил. Я видел, потому что наблюдал за тобой.

Я не позволила себе эмоционально среагировать на последнее заявление.

– А вот она считает иначе. Чтобы избавить ее от волнений, мне следовало весь вечер просидеть в углу.

Я пересказала ему наш разговор в коридоре.

– Она просто беспокоится о тебе, – вздохнул Дмитрий.

– Она слишком остро реагирует.

– Иногда матери склонны проявлять избыточную защиту.

Я уставилась на него.

– Да, но это же Джанин. И она меня не защищала. Думаю, она больше волновалась, как бы я не поставила ее в неловкое положение. А все эти разговоры о том, что я слишком молода, чтобы стать матерью, вообще полная чушь. Я не собираюсь делать ничего подобного.

– Может, она имела в виду не тебя.

У меня упала челюсть.

«Для этого у тебя нет никакого жизненного опыта – ты ведь фактически и не жила еще. Ты тогда не сможешь делать ту работу, к которой стремишься».

Маме исполнилось двадцать, когда я появилась на свет. Пока я росла, мне всегда казалось, что она родила меня чуть ли не старухой, но теперь… Она же была всего на несколько лет старше! Совсем не старая.