Лекарь короля драконов

— Эйден, — я собралась с духом, чтобы сказать ему…

— Не беспокойся о Даре. Мой отец поступил жестоко, наказав магов Академии. Больше этого не повториться.

— Но…

— Я расскажу тебе все, но когда мы вернемся во дворец, хорошо?

Мне удалось лишь кивнуть в ответ. Кажется, события этой недели окончательно добили нервную систему. Мне очень нужен был отдых. Сейчас я уже была согласна и на темницу. Только чтобы тишина, книги и регулярное питание.

С этими мыслями я собрала инструмент, помогла детям устроиться под навесом. Эйден же договорился со Щербатым поделить дежурство, а потом обернулся ко мне и махнул.

— Элиана, выбрала нам с тобой лежанку?"

"Нам? Что значит нам?

Глава 21.1

Я не знала что ответить, поэтому растерянно указала на ближайшую. Эйден кивнул и скрылся в кустах. Судя по тому, что Щербатый рухнул на тюки неподалеку, дракон вызвался дежурить первым. Мне ничего не оставалось, как лечь. Только сна не было ни в одном глазу.

Я лежала, уставившись в звёздное небо, чувствуя, как моё тело отказывается поддаваться усталости. Ворочалась на месте, а сон никак не приходил. Рядом под навесом возились дети, перешёптывались, пытаясь уснуть. Их тихие голоса сливались с ночными звуками реки: вода плескалась о борта баржи, где-то вдалеке трещал сверчок, и в ритмичном рокоте слышалось движение быстрых речных потоков.

Я выдохнула, стараясь расслабиться, но мысли, как всегда, пошли вразнос. Сперва я устроилась посреди лежанки, думая, что это было бы нормально, но потом меня вдруг осенило: если Эйден захочет прилечь рядом, ему не хватит места. Я подвинулась на правый бок, но тут же почувствовала, что это ужасно неудобно — каждый сучок, щель, каждая неровность досок попадали под бок, словно нарочно.

Немного поперебиралась, потом свернулась на левом боку. Вроде стало лучше. Но тут я подумала: а вдруг Эйдену будет неудобно, когда он вернется? Может, надо было оставить ему больше места. Но вскоре пришла другая мысль: Эйден ведь дракон, он разберётся, где лечь, ему и место меньше нужно. Однако через мгновение я вспомнила, что на левом плече у него рана от стрелы. Я перевернулась обратно на другой бок, проклиная свою суетливость.

Звуки ночной реки вдруг стали слишком отчётливыми. Тихие плески воды о борт баржи разносились эхом в моей голове, не давая успокоиться. Казалось, что каждый звук был громче, чем прежде. Где-то неподалёку плыла рыбина, ударяя хвостом по воде. Отдалённо слышался скрип веревок, которыми была привязана баржа и редкие шорохи леса. Я даже приподнялась на локте, чтобы посмотреть все ли хорошо, не развязался ли узел, а то вдруг нас унесет течение? Но все было в порядке.

Только я начала привыкать к этим речным звукам и нашла в них некоторое умиротворение, как Щербатый захрапел.