Любят только раз

Николас исподтишка разглядывал жену, делая вид, что смотрит на Элеонору. Ему вдруг стало горько и больно. Посмотрите на нее! Она узнала тайну его рождения и теперь презирает его. Он понял это по ее виду, сжатым губам, холодному взгляду.

Значит, Мириам рассказала. Ну и ладно. Если она оскорблена тем, что стала женой незаконнорожденного, так ей и надо, нечего было силой тащить его под венец.

Николас уже забыл, что сам хотел вернуться к ней, он помнил только о том, что его привез сюда ее дядя.

— Меня здесь не ждут, мадам? — тихо спросил Николас. — Но, если не ошибаюсь, дом принадлежит мне?

Регина наконец взглянула на него.

Боже правый, как она могла забыть эти янтарные глаза! И выглядит он прекрасно, загорел, волосы посветлели на солнце. Но она не поддастся его чарам.

— Вы забываете, сэр, что сами отказались от совместной жизни со мной. И кстати, вы отдали ваш дом мне.

— Но речь шла о Сильверли, а не о лондонском особняке. И что, черт побери, вы сделали с моим домом? — воскликнул он, оглядывая новую мебель и обои в цветочек.

Реджи невинно улыбнулась и заметила сладким тоном:

— О, Николас, вам не нравится? Конечно, вы не помогали мне отделывать комнаты, а ваше мнение было бы очень кстати.

Но я экономно расходовала ваши деньги. Это обошлось вам лишь в четыре тысячи фунтов.

Джеймс отвернулся, чтобы скрыть усмешку, а Конрад сделал вид, что внимательно разглядывает потолок. Элеонора нахмурилась, заметив, как враждебно уставились друг на друга молодые супруги.

— Николас, после стольких месяцев разлуки ты встречаешь жену подобным образом?

— А вы что здесь делаете, тетя Элли? — Он холодно смотрел на нее.

— И это вместо сердечного приветствия? — вздохнула Элли.

 — В твоем огромном доме Регина чувствовала себя одинокой, и я решила составить ей компанию.

— Я оставил ее в Сильверли!

— Не смейте кричать на Элли! — возмутилась Реджи. — Вы можете жить в Сильверли с Мириам. А мне нравится здесь!

— Думаю, мы отправимся туда вместе, — холодно возразил он. — Мне уже нет смысла избегать общения с матерью.

— Ни за что.

— А мне и не нужно ваше согласие. Муж не обязан добиваться согласия жены… на что бы то ни было, — хрипло добавил он.

Поняв его намек, Реджи пришла в ярость:

— Вы сами отказались от всех прав! Он усмехнулся:

— Вы неверно меня поняли.

Я лишь отказался пользоваться этими правами… до сегодняшнего дня. К тому же ваши родственники приложили столько усилий, чтобы соединить нас. Я не хотел бы их разочаровывать, — жестко сказал он.

— Леди Реджи, — заглянула в комнату пожилая служанка, — вам пора.

— Спасибо, Тесс. — Реджи обернулась к Джеймсу и Конраду:

— Вы хотели как лучше, но, думаю, вы простите меня, если я не стану благодарить вас за это?

— Но ты говорила, что сама во всем разберешься, — напомнил Джеймс.