Ловушка для Грейси

Все они сочувственно закивали головами, и Грейси с несвойственным ей отсутствием великодушия недоумевала, откуда у них взялась такая симпатия к ней, когда ни один из них, кроме знакомого ей директора компании, не знал о ней ровным счетом ничего.

Он был прав в одном. Она действительно чувствовала себя больной. Голова у нее шла кругом, а притемненная интимная атмосфера клуба стала вдруг страшно ее пугать. Музыка, что ли, стала такой громкой? Раньше она казалась ей приглушенной, а сейчас от музыки у нее стучало в висках.

– А как же Алике? – с сарказмом поинтересовалась Грейси. – Не будет ли она несколько разочарована тем, что ее Тарзан не завершит вечер в постели с ней?

– Возьмите сумку, – проговорил Морган сквозь сжатые зубы, не обращая внимания на ее замечание и больно впиваясь пальцами в мякоть ее руки. – И улыбайтесь, когда будете прощаться со своими подругами.

Улыбка была больше похожа на гримасу, и, когда Джеки спросила, не случилось ли чего, она слабым голосом ответила, что у нее разболелась голова.

Ее не волновало, какие подозрения может вызвать ее поведение, ей было все равно – пусть хоть вся контора, весь Нью-Йорк перемывают ей косточки в понедельник, когда она явится на работу. Из того, что сказала Алике, было ясно, что сплетни уже идут. Сейчас ей хотелось одного – бежать отсюда со всех ног.

Морган все еще не отпускал ее руку, когда она забирала свое пальто в раздевалке. На улице было холодно. Морозный ветер покалывал ей щеки и путал волосы на лице.

– А теперь, – сказал он со зловещим спокойствием, – мы обсудим это наедине. Машина моя запаркована на той стороне улицы. – Он не разжимал руку, открывая дверцу машины, и ждал, когда она усядется.

– Куда мы едем? – тупо спросила Грейси. Как только она это сказала, то поняла, что задала глупый вопрос, так как знала, что они едут на ее квартиру. Она узнала неоновые вывески, когда они приближались к Линкольновскому центру.

Морган ничего не ответит. Мало того, он не проронил ни слова в течение всей короткой поездки и все время сидел угрюмый с плотно сжатыми губами. Когда машина остановилась перед домом, он выключил зажигание и повернулся к ней.

– Итак, вы видели меня вместе с Алике, – сказал он коротко, – и со своим необыкновенным даром логического мышления решили, что дважды два – это четыре.

– Вы не правы. Я знаю, что у вас с ней все кончено. – Земля слухами полнится, подумала она с горечью. Нет, совсем не это беспокоит меня. Я испытываю боль и горечь от того, что сказала Алике, она только подтвердила все мои опасения.

– Тогда в чем же дело?

Он поглядел на нее с удивленным выражением на лице.