Магическая сделка

Молодой еще, глупый… сын у меня.

Я судорожно выдохнула, потрясенно глядя на магистра Валентайна.

Он встретил мой взгляд спокойно и так же спокойно продолжил:

— О том, что Аттинур предатель, мы узнали недавно. — Маг отложил в сторону бумагу о моем приеме в университет и продолжил: — Его задачей было растить птенцов Воронира, то есть вас, найденышей. Учить вас — лучше, чем других, тренировать — больше, давать задания сложнее, чем общей массе пригодных только для выпивания студентов."

"Как сидела, так и осталась сидеть. Хотелось выкрикнуть со всей накопившейся обидой и болью, что нас выживали из университета, выживали в буквальном смысле, что талантливые и одаренные девушки и парни уходили, не выдержав издевательств, притеснений, постоянной-бесконечной-неизменно повторяющейся несправедливости! Но я промолчала, отчаянно понимая — магистр Аттинур исподволь, осторожно, в духе пассивной защиты выживал нас, птенцов Воронира, из университета, пытаясь уберечь от доли гораздо худшей, чем просто участь мага-недоучки. Я не могла этого принять. Понять понимала, принять… нет. Слишком много было боли, слишком горько от всего, что пришлось пережить, слишком жестоким, по-моему мнению, было решение магистра Аттинура.

— Мне жаль, — вновь повторил магистр Валентайн.

Сказал совершенно искренне, и я поняла, что ему действительно жаль и что это «жаль», несмотря на всю доброту и искренность, которые излучал сейчас маг, станет приговором для магистра Аттинура. Уже стало. Полагаю, кольцо, превращенное в агрессивный артефакт, было лишь началом. Аттинура убьют, предельно быстро и жестоко.

— Впрочем, это уже не важно, — подтверждая мой вывод, произнес ректор Университета Стихийных Сил, возвращаясь к моим бумагам.

Свидетельство о браке он взял следующим. Над бумагой, как и над прежними, вспыхнуло изображение, и я увидела Цветочный храм Триединого, меня, бледную, с венком на голове, стройного темноволосого дракона, слезы в моих глазах, побелевшие, закушенные чуть ли не до крови губы, дрожащую свечу в руках…

— Мрази, — с откровенной ненавистью произнес магистр Валентайн. — В Долине драконов драконовские же правила в отношении женщин, тронуть любую драконицу безнаказанно может позволить себе лишь кучка избранных, Правящие и их приближенные, для всех остальных хочешь девушку — женись. И не иначе. Поэтому браки у драконов, по обыкновению, ранние, но не у всех… — Валентайн помолчал, держа мое свидетельство о браке, и добавил: — В те времена, когда границы были открыты, высокопоставленные драконы заводили интрижки в основном с эльфийками. У эльфов гораздо более свободные нравы, чем… здесь, и высочайшее внимание представителей крылатого народа едва ли доставляло проблемы девушкам.