Магическая сделка

Все-таки дом родным не был, драконов я еще даже не всех не то что по именам — в лицо не запомнила и чувствовала себя не совсем уютно. Сходить к Хатору?

Но тут из окна на первом этаже высунулся древний и крикнул:

— Миладка, чего стоишь? Дуй ко мне, будем сокровища считать!

Сокровища пересчитывать я не горела желанием, а вот несколько вопросов у меня к древнему были. И я пробежалась по дорожке, поднялась по ступеням, на секунду остановилась, привыкая к сумраку дома, и, повернув направо, отправилась искать Красного дракона."

"Асур-Ррат в виде смешного дракончика обнаружился в сокровищнице. Та, сверкая квадратным входом, располагалась в полу, и мне махнули лапой, мол, заходи.

Я осторожно спустилась по ступеням, Асур-Ррат также взмахом лапы закрыл вход и, едва мы остались в одном сплошном голубом призрачном сиянии, сурово посмотрел на меня и спросил:

— Как там гад чешуйчатый?!

— Хорошо, поел, — присаживаясь на последнюю ступеньку и оглядывая горки золота и драгоценных камней, разложенных по полочкам на стенах, ответила я.

Улыбнулась кучке речных камешков, уложенных на блюдечко в самом центре сокровищницы, рядом с колечком Камали.

— Да, надо бы еще по детям пройти, — не оборачиваясь и каким-то образом заметив, куда я посмотрела, произнес дракон, что-то сосредоточенно считая.

Я сочла неприличным подходить и заглядывать ему через плечо, поэтому осталась сидеть на ступеньках.

Асур-Ррат некоторое время пересчитывал монетки — поняла это по тихому звону металла, — потом вдруг прекратил, посидел немного, опустив плечи, и тихо сказал:

— Черный дракон вчера сказал много. Очень много.

Древний опустил и голову.

Не желая перебивать, я молчала, надеясь, что он продолжит. Иначе самой спрашивать придется.

— Испокон веков правил всегда тот дракон, что был черен взглядом.

Я невольно вспомнила черные глаза Гаррата, пугающие настолько, что не спасал даже серебристый вертикальный зрачок.

— Но старший Правящий дракон оказался… слишком опасен, — продолжил древний. — Слишком безответственен, что при его силе — губительно. Мы пытались руководить, пытались учить, пытались сделать хоть что-то… Но Гаррат не Ирэнарн, он убийца, холодный, жестокий и немного безумный.

Я вспомнила взгляд перехватившего меня Владыки там, в лесу, когда я пыталась спасти Тихомира, и невольно поежилась.

— Ты понимаешь, о чем я, — оглянувшись через плечо, произнес Асур-Ррат.

— Ирэнарн говорил о чем-то подобном, — вспомнила я.

— Ирэнарн судит о брате по себе, в этом его огромная ошибка.

— Гаррат… не плохой, — все же сочла нужным сказать я. — Он быстро учится, он старается помочь, он…

Осеклась под внимательным взглядом древнего.

И все же повторила:

— Гаррат учится и меняется.

— Уверена? — поинтересовался Асур-Ррат.