Мама для крошки-дракошки, или жена Хранителя Севера

— Как и сейчас, вы решили сами. Метки Предназначенных чаще прячутся, чем горят так ярко, как они горели у вас. — Бэйфэй улыбался. — Вы выбрали не быть бессловесной тенью при муже — и вот, теперь вы здесь. Уставшая, измученная, запас ваших жизненных сил опасно низок, но… Вы счастливы?

— Да, — коротко выдохнула я. — Жизненные силы можно восстановить, усталость уйдет после отдыха, а целители исправят оставшееся. Главное, что… Что рядом со мной будут те, кого я люблю и кто любит меня.

— Жизненные силы? — Восточник подался вперед. — О чем вы?

— Мне пришлось пережечь жизнь в магию. — Я пожала плечами, а после обвела рукой плато. — Сильным крылатым драконам легко справиться с измами. Но что было делать нам? Мужчины сражались впереди, а мы с нонной Шавье стояли за их спинами и добивали тех, кого не успевали убить они. Но после, когда Лерро и Рифас пали, что было делать нам?

И в этот момент все, абсолютно все драконы, за исключением Хранителей, склонили свои головы. По ушам ударил гортанный рык, вырвавшийся из их глоток!

— Это уважение, — шепнул бэйфэй, — а за жизненную силу не бойся, у северян есть свой благословленный храм Пресветлой Матери.

— Спасибо, что рассказали. Но я все равно не поняла, что с метками не так, — тихо-тихо сказала я, видя, что в драконьих рядах наступает какая-то суета."

"— Если говорить проще, то метка дракона видна дважды. Первый раз — когда она касается души выбранного ребенка. И в этот самый первый раз Небесная Искра ориентируется на созвучную магию. Затем дитя растет, взрослеет, и, если душевные качества девушки и ее дракона становятся созвучны, метка проявляется. Обычно драконам запрещают искать своих Предназначенных, хоть на родовых гобеленах и отпечатывается рисунок их душ.

— Почему запрещают?

— Если метка не появилась сама, значит, Предназначенная еще не готова. Не сделала какой-то свой выбор, не пережила какое-то потрясение или же, напротив, не оправилась от чего-то. Вот и бегают потом девушки от преследующих их драконов, — тут бэйфэй хихикнул, — или же их матери со швабрами на Небесные Искры бросаются.

— Что? — Я поперхнулась смешком. — Вы серьезно?

— Абсолютно, — бэйфэй покивал, — люди слишком мало знают о Предназначенных, храм слишком долго делал из этого тайну. Ведь кто признает, что очень часто Искры не просыпаются в выбранных ими девушках.

Я, помня о феноменальном драконьем слухе, только хмыкнула: теперь об этом узнают все.

— Мне пора, — бэйфэй фыркнул, увидев панику на моем лице, — в малый храм пора. Туда я уйду через год после того, как передам твоему младшему сыну свою кафедру.

— А говорили, что ваше время вышло.

— Я соврал, — бэйфэй легко пожал плечами, — я часто вру тем, кого презираю.

Бэйфэй растаял, а я, подойдя к Харелту, вновь укрылась в его объятиях.

— Я хочу в тепло.