Марш обреченных

Значит, мы знаем, что летим самолетом и как минимум одну особую примету нужного нам рейса. Сейчас попробуем уточнить.

Слава поворачивается к компьютеру и берется за мышь. После недолгих манипуляций, на дисплее появляется расписание полетов московских аэропортов.

– Так, – сам себе говорит Бирюков. – Для простоты предположим, что вы летите из Москвы. То есть, теоретически возможно вас отправить, скажем, из Владивостока, так сказать для пущей конспирации, но вопрос, зачем? Итак, полет за бугор…

Слава вводит новое условие и таблица вылетов становится значительно меньше.

– По пятницам не летает…

Список вновь уменьшается, но он по-прежнему занимает довольно много места.

– Больше твои генералы никаких наводок не давали?

– Вроде нет. Спрашивали владение языками.

– И как?

– Английский, и особенно французский, их вполне устроили.

– Устроили, – мой друг на какое-то время задумывается, глядя на монитор. – Нет, это не пойдет. Языки международного общения. Ладно, попробуем так…

Он вновь погружается в раздумья, шаг за шагом анализируя полученную таблицу.

– Я думаю, – наконец прерывает молчание Слава, – это рейс 273 «Москва-Ницца», компании «Аэрофлот». Вылетает в субботу в девять двадцать.

– Почему именно так?

– Почему? – пристально глядя мне в глаза, интересуется Бирюков. – Потому что Ницца – это недалеко от Марселя. А в Марселе, как ты, очевидно помнишь, ошивается доверенный человек генерала Баландина – экс-полковник бывшего КГБ Анатолий Яковлев. Как ты думаешь, что он там делает?

– М-да, вполне вероятно, что ты прав, – не найдя изъянов в его рассуждениях, соглашаюсь я.

– Будем надеяться. Тогда с некоторыми весьма занятными деталями мы определились. Что еще?

– Завтра у нас – прощание славянки, а послезавтра с утра нам с Пластуном прибыть к Баландину с вещами, – прикладывая руку к виску, рапортую я.

– Да, к вопросу о вещах! Их, я так понимаю, надо будет брать с собой?

– Естественно.

– Скверно. Ну да ладно. Оборудование я приготовлю, придется сыграть в «чемоданчик.» Как ты, не против? – спрашивает он.

– В общем-то нет. Единственная проблема – а если с рейсом мы все-таки лопухнулись? – выкладываю я свои опасения.

– Командир, для верности я проведу в Шереметьево-2 всю субботу. Если же я ошибся, – Бирюков разводит руками, – тогда вам действительно придется работать по обстоятельствам и по возвращению лишить меня премии.

– Спасибо за совет, – хмыкаю я, – будем все-таки надеяться, что ты прав.

– Заметано. Цель поездки? Объект охраны? Что-нибудь по этим вопросам известно? – продолжает работать мозгами Мангуст четвертый.

Тут уж настает моя очередь корчить рожу и разводить руками.

– Ну, что поделаешь, – констатирует он. – На нет – и суда нет.