Марш обреченных

Между тем, высокопосаженое лицо продолжает пристально рассматривать мой светлый образ, словно сверяя его с ранее выданной фотографией. Явное сходство черт настраивает его на благодушные мысли, однако, во избежание дальнейших расспросов, я беру инициативу в свои руки."

"– Когда мы может отправляться? – спрашивает Принципал, глядя на бедственное положение шкипера.

Французский язык его оставляет желать лучшего, судя же по тому, что он предпочитает общаться с нами на чужом для него языке, он всерьез принимает нас за французов. Скорее всего, все то время, пока я путешествовал по Ницце, майор Пластун ломал здесь Ваньку, изображая полное отсутствие знаний русского. Оно и правильно. До поры до времени не будем его в этом разубеждать.

– Мсье, – отвечаю я, – если вам сложно говорить на языке Вальтера, уж лучше говорите на языке Шекспира.

– О, простите. – Принципал переходит на английский, что получается у него гораздо пристойнее.

– Мы можем отплывать, как только вы скажете, куда нам следует идти.

– Разве вы не знаете?

Я бросаю взгляд на дремлющего морехода и пожимаю плечами.

– Может быть, он и знает, но вряд ли сможет об этом сказать. Кстати, познакомьтесь, это капитан яхты, мсье Миле, с моим другом Франсуа, как я понимаю, вы уже знакомы, а меня зовут Жерар. Жерар де Бокур

Принципал на некоторое время замолкает, словно вспоминая собственное имя.

– Меня зовут Жорж Ронсан.

– Жорж Ронсан? – удивляюсь я, заслышав французское имя. Явно чья-то недоработка. Уж лучше бы ему быть англичанином, а ещё лучше – канадцем.

– Послушайте, мсье, я не знаю, зачем вам понадобилось брать чужое имя, это не наше дело. Нам с Франсуа платят за вашу безопасность и платят неплохо. Но я осмелюсь дать вам совет. Если придется называть кому-либо свое имя, произносите его на английский манер, фамилию тоже. И если вам так уж хочется цепляться за подданство республики, говорите, что бы родом их Бретани. За пределами Франции мало кто отличает Бретань и Британию. Простите, если я сказал что-то лишнее, но это исключительно в целях вашей личной безопасности.

– Спасибо за совет. Я подумаю.

– О, пожалуйста! Итак, мсье Джорж, куда мы держим путь?

– В Монте-Карло, – бросает Принципал. – Но как же капитан?

– По большому счету, он нам не нужен. Мы управимся и без него. Отправляйтесь вниз и отдохните. Вы, наверное, устали с дороги?

– О, да!

– Тогда отдыхайте. Утром мы будем в Монте-Карло.

Мы с Валерой затаскиваем капитана, уютно примостившегося возле кнехта[53] и отдаем швартовы[54].

– Ну что, узнал что-нибудь? – спрашиваю я, когда мы, наконец, выходим в море и остаемся в рубке вдвоем, и тьма, бредущая над Средиземным морем, укрыла от нас явно любимый каким-нибудь прокуратором город.