Марш обреченных

Впрочем, только ли связующее? Ничего определенного по этому поводу сказать нельзя. Поэтому придется отрабатывать две независимые версии: Рыбаков и спецслужбы, Рыбаков и большой бизнес. Появиться ли между этими линиями связующая нить? Или же мы все-таки пустышку тянем? В любом случае, если представить позицию наших неведомых врагов как некую стабильную систему – наверняка наши происки должны привести её к раздраю. А уж там – за что-нибудь да зацепиться. Главное – поиск вести в нужном направлении. А направление у нас однозначно верное – большая политика. И большая экономика, которая, как известно, её оборотная сторона.

Начнем, пожалуй, с того, что нам ближе, со спецслужб.

Насколько я мог судить о Тимофее Прокофьевиче Банникове, он был идеальным исполнителем указаний сверху, но отнюдь не генератором идей. Возможно, конечно, предположить, что, приблизившись к Кремлю, он стал вести собственную игру, но оснований, чтобы утверждать это сколь-нибудь достоверно, не было никаких. Он был идеальным командным игроком. Мне прежде не приходила в голову мысль отслеживать все действия и перемещения этого славного литературоведа, но, согласно краткой справке, данной всезнающим капитаном Бирюковым, после девяносто первого судьба генерала Банникова складывалась вполне благополучно. Правда, на некоторое время ему пришлось распрощаться с Москвой и проводить свое время в бывших союзных республиках бывшего Союза, но пребывание в Таджикистане, Грузии и Армении только добавили Тимофею Прокофьевичу романтического флера, создав репутацию едва ли не боевого генерала.

В октябре девяносто третьего он очень удачно вылетел в Москву, поспешив на помощь не то президенту, не то своему благодетелю, генералу Бумазееву, из далекой Махачк* * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * *й команде и Федеральной Службе Безопасности, словно феникс из огня восставшей из обломков МБ РФ.

Что и говорить, это был славный боевой путь, но ничего, что бы хоть как-то связывало его с деятельностью Рыбакова, усмотреть было невозможно. Во всяком случае – пока. Может, ключ к пониманию этого злополучного ребуса таился в контрразведчике, как там его, Сухоруке? Знать бы, о чем он собирался говорить с Николаем Михайловичем. Впрочем, почему собирался? Быть может, говорил. Пока что нам даже неизвестно, был ли он дома у Рыбакова или нет. Ну, ничего. Это как раз не проблема. Сегодня Слава разузнает о нашем неизвестном контрразведчике максимум того, что можно разузнать, не привлекая лишнего внимания. Это он умеет.

Вроде все? Нет, не все. Конечно не все! Есть ещё темная лошадка. Цельный конь! Темный, как дело измены и совесть тирана одновременно: «Жером». Но о нем неизвестно пока почти ничего.