Все не случайно

Жутко тянет, но ведь не болит же, значит не все так страшно, наверное. Смываю пену с рук и иду к маме на кухню.

Чего я жду, не знаю. Вроде бы такой шанс рассказать все маме, пока папа не вернулся домой. Она точно поймет и не осудит. От чего так страшно-то, Господи, мне же не пятнадцать лет.

— Мам, я…

— О, папа звонит! Давай докручивай рулетики и разложи красиво на тарелку, петрушкой не забудь украсить, — на ходу тараторит мама. Ладно, расскажу позже.

Делаю все, как сказала мама и сажусь за стол, все-таки со мной что-то не так и меня это пугает. Папа на удивление встретил меня весьма дружелюбно, вообще он как-то подозрительно рад и благодушен.

— Простите, девочки, важный звонок.

— Наташ, с тобой все хорошо? Ты какая-то напряжённая, что случилось?

— Нет, мама. Мне плохо. У меня болит живот. Очень.

— Месячные что ли? Давай таблеточку дам.

— Нет, мама. Я беременна, — громче, чем нужно сказала я. — Может это выкидыш? Я не хочу.

— Тихо, солнышко, успокойся, — мама встает со стула и тут же подходит ко мне. — Сейчас мы вызовем скорую и все будет хорошо, — мама набирает номер, что-то говорит, а я уже мало что слышу. Какое-то нехорошее предчувствие поселилось где-то внутри. — Все, скоро приедут, не накручивай себя раньше времени, хорошо?

— Хорошо, но мне больно.

— Ну потерпи немножко.

— Вы чего, девчонки? — слышу позади голос папы.

— Наташе плохо стало, наверное, киста, что-то по-женски в общем. Мы скорую вызвали, сейчас приедут.

— Зачем скорая, я сам быстрее отвезу!

— Саша, скорая лучше, сразу укол сделают или что-то такое и отвезут куда надо. Не нервируй, пожалуйста.

В кой-то веки мама руководит процессом, а папа кудахчет словно курица. В один момент мне даже стало смешно, если бы не было так грустно.

***

Странно, мне вроде бы ничего не делали в скорой, а может что-то и вводили, но я хоть убей не помню всю эту канитель. Одно помню точно — немолодая женщина врач, уже в больнице, постоянно хлопала меня по плечу и несколько раз повторяла одну и ту же фразу «Внематочная. Хорошо, что успели, трубу спасем». Это какая-то чушь! Было бы чушью, если бы я не лежала сейчас в палате и не отходила от наркоза. А может мне это все снится? Впиваю ногти в кожу — нет, больно, значит не снится. И это точно не моя комната. Руки немного ватные, но я все же открываю одеяло и рассматриваю себя. Не сон, стала бы я надевать на себя такую сорочку, к тому же, на мне точно нет белья. Закрываю глаза и пытаюсь хоть немного прийти в себя."

"— Котеночек, ты уже проснулась, как ты себя чувствуешь? — никогда не думала, что буду так рада слышать мамин голос.

— Бывало определённо лучше, — открываю глаза и смотрю на маму, которая тут же присаживается ко мне на кровать и берет за руку. — Мам, как так, я же не болела никогда, у меня все нормально было.