Все не случайно

Здравая половина меня понимает, что ни о какой влюбленности с его стороны не идет и речи, я уж не говорю о любви."

"Парадокс в том, что мне страшен не сам секс, а то, что меня бросят после него. А он точно бросит! А я не хочу, лучше первой уйти и оставить его с носом. Только есть еще другая половина меня, которая упорно хочет попробовать с ним все то, чего не делала раньше. А собственно почему бы и нет? Он взрослый, опытный мужик, а не мои однокурсники. Но я опять сама себя обманываю, папин кандидат на пару лет моложе Максима, только с ним почему-то не хочется. Более того, он меня бесит, хоть и имеет привлекательную внешность. Черт! Я даже мысленно не могу на что-то решиться. Поправляю наушники, включаю музыку громче и в такт голосистой певице мотаю головой. Не хочу ни о чем думать, хочу быть просто счастливой! Счастье мое, приди, обещаю не профукать тебя. Аминь. Закрываю глаза и меня полностью поглощает плаксивая песня о любви.

Пробуждаюсь я от того, что в ушах что-то очень громко стучит и это не баллада о любви. Вынимаю наушники и понимаю, что мне барабанят в дверь. Вскакиваю с кровати и подхожу к двери. Смотрю в глазок — Островский.

— Может ты уже откроешь мне дверь?! Только не надо делать вид, что тебя нет дома. У тебя полы скрепят, когда ты по ним ступаешь.

Поправляю халат и все же открываю дверь.

— Что ты здесь делаешь? — игнорируя мой вопрос, Максим чуть отталкивает меня в сторону и проходит в прихожую.

— Ты, кажется, говорила, что у тебя сегодня какие-то важные дела.

— Да.

— У тебя на полщеки след, как после десятичасовой спячки. Это и есть твои важные дела?

Смотрю на себя в зеркало и да, действительно отлежала щеку. Кошмар!

— Нет, я просто заснула под музыку и поэтому не слышала твой звонок.

— Звонки. На мобильный и в дверь. Ну ладно, бывает. Так что за важные дела? — блин, по лицу вижу все этот гад понимает. Ну чего ты выпендриваешься, Островский?

Поправляю чуть взъерошенные волосы ото сна и судорожно думаю, что же придумать.

— У меня сегодня встреча с сестрой, давно не виделись.

— А во сколько встреча? — не унимается Максим.

— В пять.

— Сейчас шесть тридцать.

— Матерь Божья, проспала. Надо скорее собираться, — не успеваю развернуться, как Максим хватает меня за руку.

— Я тебя просил не играть со мной? — совсем не дружелюбно шепчет мне на ухо Островский. — Будь на моем месте кто-то другой, ты бы сейчас уже здесь не стояла.

— А где стояла?

— Лежала бы.

— Голая и возбужденная на кровати?

— Голая и избитая в канаве.

— Не хочу в канаве, там грязно, и я уже вроде как говорила, утопленники выглядят некрасиво.

Одной рукой Максим хватает меня за подбородок, несильно фиксируя, но все же весьма ощутимо.

— Это последняя чушь, сказанная тобой. Я могу найти лучшее применение твоему рту.