Все не случайно

Втюхали мне столько лекарств, что кажется, я буду лечить ораву людей, а не одного человека. По дороге домой зашел в магазин, взял курицу и бруснику с сахаром. О как меня повело, замечательный мужик. Сто лет никого не лечил, кажется, последний раз десятилетнюю Вику. Напрочь забыл, что можно есть, кроме бульона. Хотя, вроде как, есть-то при болезни и не хочется.

— Здравствуй, Максим. Не ожидала тебя здесь увидеть, — да уж, как тесен мир, этот голос сложно не узнать.

— И тебе привет, — поднимаю взгляд на Марину, которая пристально разглядывает содержимое моей корзинки.

— Боже мой, неужели ты изменил своим вкусовым пристрастиям, и вместо мраморной говядины запекаешь курицу с брусничным соусом? — чуть ли не смеясь, произносит эта стерва."

"— Да что ты, Мариночка. Я своим вкусам не изменяю. Это всего лишь стандартный набор для болеющего человека. Из курицы варится бульон, а бруснику заливают кипятком или ты такого не знаешь?

— Что-то такое припоминаю. Вика заболела что ли?

— Нет. Моя девушка, — терпеть не могу все эти девушка, парень, моя вторая половинка, но как назвать Наташу? Женщиной? Нет, не могу.

— Какая прелесть. А меня ты не лечил, когда я болела, даже как-то обидно.

— Каждому свое.

— Действительно. Максим, ну может быть хватит обижаться? — кладет ладонь мне на плечо и начинает поглаживать мою руку. — Каждый из нас совершает ошибки, ведь ты тоже не без греха. Ты отбил меня у своего лучшего друга, это знаешь ли тоже некрасиво. Это жизнь. Ну прости меня за то, что влюбилась в другого. Да, это было ошибкой, но может стоит забыть старые обиды? — убираю ее ладонь со своего плеча.

— А кто сказал, что я на тебя обижаюсь?

— Да брось. За время наших отношений я достаточно изучила тебя и со стопроцентной точностью могу считывать твои эмоции. Отпусти это, может еще вернем все на прежний уровень.

— Марин, — смеюсь в голос. — Ты серьезно? Я думал, что ты умнее. Я не из тех дебилов, входящих в одну реку дважды. Найди другого лоха, можешь даже старше своего экс-мужа. Не придется скакать на вялом члене, только сосать. А это ты делаешь мастерски, для тебя это не будет наказанием.

— Это было грубо, Максим. Даже для тебя.

— Ну что ж поделать, вот такой я. Мы оба не без греха. Ты извини, я спешу.

— Подожди, — хватает меня руку. — Прости меня. Я не хочу враждовать, давай жить мирно. Через три недели юбилей Голованова. Ты придешь?

— Ну, во первых, меня пока не приглашали. А во-вторых, да, приду, не один, конечно.

— Точно. Со своей спутницей. Как ее зовут, кстати?

— Для тебя это не имеет значения. Я пойду.

— До встречи.

Сука! Чтобы я ни говорил, а она до сих пор выводит меня на эмоции. Сам не знаю, что к ней испытываю, но беда в том, что не равнодушие. Ладно, хер с ней, может и не увидимся.