Мастер боя

Азамата поселили в отдельном номере в самом пансионате, а где обитала Ксения, знала только она сама.

Отдохнув после обеда, к пятнадцати часам все собрались в спортивном зале. Петр занялся горцем, а Леон — Ксенией. Как всегда неожиданно, из глубин подкорки, Петру пришли знания анатомии, физиологии и тестов, позволяющих определить состояние мускулов и органов тела. Азамат беспрекословно и с охотой подчинялся ему. После двухчасовых занятий Петр уже знал, в каком направлении им придется двигаться. До обучения владению оружием надо будет очень серьезно поработать над координацией, раскрепощением мышц и гибкостью. Пока что Азамату можно было дать в руки оглоблю или колун, но никак не катана или шест.

Мнение Леона о физической и профессиональной подготовке Ксении отличалось от оценки Петром Азамата, но не слишком. Той формы и степени обученности, в которой она находилась сейчас, для «Бриллиантового льва» было явно недостаточно. Правда, Леон признался, что определение класса женщин-спортсменов ему не очень знакомо, и попросил Петра самого протестировать ее. Самым скорым способом узнать уровень бойца и его физическое состояние была схватка. В ответ на это предложение женщина лишь кивнула в ответ.

Надев перчатки, Петр с Ксенией встали в боевые стойки.

— Работайте, как можете, — предупредил он «чужестранку». — Не старайтесь показаться лучше, чем вы есть.

Ксения посмотрела на него, и их глаза наконец встретились. В них не было заметно смущения или злости. Спокойный, даже деловой, взгляд и понимание происходящего разглядел Петр, и это ему понравилось.

— Мы, кажется, уже были на «ты», — сухо поправила его Ксения.

— Пусть будет так, — согласился Петр. — Нападай, я буду защищаться.

Ксения четко выполнила указание, решительно ринувшись в атаку. С первых движений Петр отметил, что двигалась она легко, и с гибкостью было все в порядке. С натяжкой на «три» с маленьким плюсиком он оценил поставленные удары. Ксения работала в основном классической школой карате-до, хотя и пыталась пару раз поймать его на потере равновесия, что было присуще айкидо. Отрицательными чертами работы «чужестранки» были грубая прямолинейность и слабая защита.

Ксению можно было прочитать уже при подготовке к проведению того или иного приема. Как прилежная ученица, она по всем правилам чистописания, почти по разделениям — делай раз, делай два — готовила закрутку или шла на прямой удар. Петру не составляло труда простым шагом в сторону сорвать атаку. Но самым нехорошим было отсутствие толковой защиты. У Петра складывалось мнение, что Ксению хорошо учили нападать, но не защищаться. Проверяя реакцию, он пару раз переходил от пассивной защиты к атаке, однако Ксения довольно быстро и осознанно реагировала на эти демарши.