Медовый месяц с тираном

 – А то от твоей черствости у меня тут уже цветы вянуть начинают, – и ворчливо добавил в сердцах: – И пусть боги покарают тебя встречей с такой девушкой, чтобы не было тебе ни покоя, ни сна… И не в том неприличном смысле, о котором ты сейчас подумал!

Елена

– Как ты умудрилась картину уронить?! – надо же, как громко, оказывается, господин Хемиль умеет орать. Да и чтобы так лицо у человека пунцовело… Его удар случайно не хватит?..

– Как, по-вашему, я бы ее уронила? – я собралась всем своим терпением. – Я бы до нее даже не достала!

– Но раньше же она не падала! – он в сердцах ногой топнул.

Тут же прикрикнул на стражниц: – Что вы стоите в затылках чешите?! Немедленно все убирайте! Что вы все нерасторопные такие?! Вы, что, смерти моей хотите?!

По-моему, они уже очень даже хотели. И наверняка не только они.

– Значит так, иномирянка, – ноздри господина Хемиля раздувались так, словно он хотел втянуть в себя весь окружающий воздух, чтобы все недостойные вокруг задохнулись, – считай, ты уже на плохом счету. На очень плохом счету! Смеешь перечить, сеешь разрушения – а дальше что?! Каких еще кощунств от тебя ждать?

– Меня можно вернуть в мой мир и все, – я мило ему в ответ улыбнулась, пока пыхтящие стражницы пытались оттащить картину, скребя тяжеленной рамой по разнесчастному полу.

– Еще чего, – господин Хемиль презрительно фыркнул, – никто на тебя магию тратить не станет! Более того, ты должна быть наказана! Так знай же, тебе теперь уж точно не выпадет великая честь ублажать нашего дорогого гостя!

Эээ… Что?..

– А вот это с вашей стороны совсем уж бесчеловечно! – только не засмеяться, только бы не засмеяться.

– То-то же! – Капитан Местная Логика так и светился злорадством. – И сама виновата! Можно быть сколь угодно смазливой, но ты уже себе всю судьбу испортила! Все, прочь с моих глаз!

– Мы? – с надеждой спросила одна из стражниц, высунувшись из-за картины.

– Она! – господин Хемиль махнул в мою сторону так резко, что аж сшиб палец о тяжеленую золотую раму этого эпично павшего произведения искусства.

Прекрасно понимая, что человеколюбия это местному распорядителю не добавит, я тут же под аккомпанемент его визгов и проклятий поспешила прочь из зала.

В коридоре робко караулила моя сопровождающая. Сразу видно – самый разумный человек. Мне бы тоже не помешало последовать ее примеру и оказаться подальше от неприятностей.

– Вот ты наивная такая! Да неприятности еще только начинаются!

Опять этот голос в голове! Что за слуховые галлюцинации?

– Идемте скорее, – опасливо поторопила меня девушка. – А то нам еще больше от господина Хемиля достанется! Я слышала, госпожа, как бессердечно он вас покарал, поверьте, очень сочувствую.