Мертвый остров

Учитывая, что завтра его запасы будут пополнены. У вас что-то еще?

Акушерка слабо улыбнулась и опять, как в тот раз, сделалась вдруг похожа на женщину. Уже не очень молодую и усталую, но женщину. Улыбка ее преображала. Интересная была, наверное, в молодые годы, подумал Лыков. А теперь на Мертвом острове неустанно губит себя собственными руками.

Словно прочитав его мысли, Инцова снова нахмурилась."

"– Я предлагаю помощь человеку, который в этом страшном месте и ведет себя как человек. Ваша борьба с палачами Шелькингом и Ялозо… Сочувствие к бесправным людям… Поверьте, здесь никогда не было такого начальника! Все это видят, все об этом говорят.

Уедете – и опять не будет… До вас никому из них и в голову не приходило интересоваться состоянием аптеки. А деньги, что вы дали? Я же не дура. Я поняла, что это ваши собственные средства, а никакие не пожертвования. Тоже удивительно для Сахалина и благородно. А мы тут… совсем отвыкли от благородства.

Алексей фыркнул. Какое еще благородство? Он хорошо себя знал, и в его самооценке это слово совершенно отсутствовало.

– Ну, вы отчасти угадали, но лишь отчасти…

– Не надо стесняться собственных добрых поступков.

Хотя это только подчеркивает ваш привлекательный характер. Порядочный человек обычно не подозревает, что он порядочный. А просто так живет. Не думала я, что увижу еще когда-нибудь порядочного мужчину… Совсем отвыкла, простите.

– Это вы меня простите. Я проспал, а там люди ждут. По утрам я принимаю. Неудобно!

– Да, конечно. Мне тоже пора, и меня всегда ждут. Последний вопрос, Алексей Николаевич, и я уйду. Но он очень важен для меня.

– Я слушаю.

– Правду говорят, что вы попали сюда в наказание? За то, что при аресте убили человека.

– Правду.

– У вас это, конечно, вышло случайно?

– Нет, – сказал вдруг Алексей, хотя только что собирался соврать. Ему почему-то стало трудно юлить перед этой непонятной женщиной.

– Нет?! Поймите, это ключевой для меня вопрос!

– Извольте. Я выбросил в окно убийцу, негодяя. И знал, что делаю. Но ему нравилось убивать и при этом не отвечать за содеянное. Так вышло, что доктор, нечистоплотный или просто глупый, выписал ему справку. И нелюдь много еще жизней мог бы погубить.

– И? – почти выкрикнула акушерка, снова прожигая сыщика взглядом.

– И я решил положить этому конец.

– Вы разве Бог, чтобы решать такие вещи?

– Нет.

– Тогда почему взяли себе Его право? Оно принадлежит одному лишь Вседержителю, и никому кроме! Или вам тоже нравится убивать?

– Вы подняли трудный вопрос, Клавдия Провна. Он не для проходного разговора.

– Ответьте, ответьте, пожалуйста!

– Хорошо. Коротко. Нет, мне не нравится лишать людей жизни. И я понимаю, конечно, что не имею права вторгаться в Высший замысел. Но характер службы заставляет.