Млечный путь

Но я сразу поняла, что попала в точку.

Россошанский побледнел и ошеломленно посмотрел на меня.

– С чего вы… Откуда вы это знаете? – спросил он.

– Неважно. Главное, что знаю, – сказала я. – И вам трудно придется, если вы пожелаете опровергнуть это утверждение.

Глаза Эдуарда растерянно забегали из стороны в сторону.

– Черт, – прошептал он. – Господи ты боже мой… Это же надо, а? Какой же я дурак!

– Так что, признаваться будем? – деловито спросила я.

Россошанский еще некоторое время что-то шептал себе под нос, покачивая головой, потом произнес:

– Да не в чем мне признаваться! Да, я действительно имел разговор на подобную тему с Лукашенком, но это было… Не всерьез, понимаете? Это все эмоции, чувства! Я не собирался убивать Вячеслава!

– А вот Лукашенок утверждает обратное, – покачала головой я. – Он уже дал письменные показания, в которых заявляет, что вы самым что ни на есть серьезным образом нанимали его для убийства. И даже называет сумму, которую вы обещали ему заплатить.

И здесь я откровенно блефовала. Никаких показаний против Россошанского Лукашенок не давал, хотя бы потому, что никто от него не требовал этих показаний. Имя Лукашенка я даже не произносила в милиции. Но я чувствовала, что сейчас именно давление на деморализованного Россошанского играет решающую роль.

– Господи! – схватился за голову Россошанский. – Я знал, что это добром не кончится! И зачем я доверился этому скоту?! Да это все было просто выбросом эмоций! Просто я находился во взвинченном состоянии, я ненавидел Вячеслава за то, что он снова забрал у меня Веронику, а сам… А сам никогда не сделал бы ее счастливой! Наоборот, он сделал бы ее несчастной, заставил бы страдать, как уже было! Он не способен на другое отношение к женщине, я же знаю его много лет! А в тот вечер я просто выпил лишнего, вот и проболтался Лукашенку, что, мол, готов заплатить тысячу, только чтобы Вячеслав навсегда исчез с Вероникинова горизонта!

– Вообще-то профессиональный киллер стоит дороже, – заметила я.

– Вот именно! – подхватил Россошанский. – Теперь вы понимаете, что все это было просто так?

– Но и Лукашенок не профессионал, – тут же возразила я. – Для него тысяча долларов – деньги просто запредельные, о них он только мечтать может. И за эту сумму готов пойти на что угодно – я не раз встречалась с наркоманами, да и с этим Сергеем успела познакомиться. И у меня не сложилось впечатление, что он врет.

– Наркоман, значит, какой-то не врет, а я вру, да? – запальчиво, по-мальчишески воскликнул Россошанский.

– Я думаю, что пришло время для очной ставки, – твердо заявила я и взялась за трубку телефона.

– Да ради бога! – махнул рукой Россошанский. – Я рассказал всю правду, мне бояться нечего.