Мой друг тролль

 – Ты его кушать – нет! Ты его – жить!

И снова – приглашающий жест.

Лейка колебалась. Ей ужасно не хотелось приближаться к трупу. Но ее очумевшее от потрясений сознание подсказывало, что труп – это намного менее опасно, чем болтающая по-шведски помесь гориллы, леопарда и паука.

«Надо делать то, что он хочет», – подумала Лейка.

Она встала.

Чудовище заворчало. Кажется, одобрительно.

Лейка набралась храбрости и двинулась к лежащему.

Это был очень длинный путь. Лейка о многом успела подумать. В частности о том, что лежащий – не обязательно труп. Может быть, это живой человек, но без сознания.

Наконец путь в двадцать коротких шагов был пройден и Лейка оказалась рядом с лежащим.

И что дальше?

Она посмотрела на монстра (на лежащего она старалась не смотреть совсем). Монстр рыкнул, полыхнул глазами, ухватил Лейку за руку и прижал ее ладонь к животу лежащего. Живот был совершенно холодным и очень твердым. В памяти Лейки всплыли слова: «трупное окоченение». Еще она подумала: «Сейчас меня стошнит!»…И тут нос ее уловил очень знакомый запах – запах сена и нагретого солнцем камня. И она наконец посмотрела вниз, на лежащего.

Глава сорок вторая

Поцелуй мертвеца

Нанялся как-то молодой тролль на кладбище могильщиком.

А гнусный эльф решил над ним подшутить.

Переоделся призраком, череп на макушку привязал, внутрь зажженную свечку вставил. Подобрался к троллю, который могилу копал, – да как заухает.

Тролль глянул через плечо – и снова за работу.

Разочарованный эльф походил еще немного вокруг, понял, что тролля не напугать, да и двинулся к воротам.

А у самых ворот его тролль догнал и за шкирку – цап!

– Здесь, – говорит, – гуляй.

Это был Карлссон, и он, несомненно, был мертв. Потому что был холодным. Потому что, присмотревшись внимательнее, Лейка увидела, что он – весь в черной запекшейся крови. Что голова его совсем разбита.

Но он был неправильным мертвецом. От мертвеца должно было сильно пахнуть… мертвецом. От Карлссона пахло сильнее, чем когда… Чем раньше. Но не трупным разложением. Запах был таким же, как у живого. Правда, был еще запах псины. Но это не от Карлссона – от монстра. Лейка смотрела на мертвого Карлссона – и не чувствовала отвращения.

Спустя минуту она подняла взгляд на чудовище.

«Что ты хочешь? – спросила она мысленно. – Зачем ты принес меня сюда?»

– Живи его! – рыкнул монстр. – Ты быть с ним. Он – жить. Он – жить, ты – жить!

Ничего себе требование! Или ты оживишь мертвого, или тебя прикончат!

– Он – не жить, я – не жить? – решила все-таки уточнить Лейка.

Чудовище мотнуло головой.

– Он – жить! Ты звать его дух!

Последнее слово Лейка не поняла – угадала.