Мой друг тролль
Ее зовут Катя. Ей семнадцать. Она приехала в Питер из Пскова поступать в университет.Его зовут Карлссон. Его возраст неизвестен. Он ловит руками голубей, знает староанглийский язык и умеет лазать по вертикальным стенам.Сначала она думает: он – киллер…Потом: он – сотрудник некоей секретной службы…Действительность оказывается намного страшнее.И намного интереснее…
– Теперь вы оба готовы! – через некоторое время объявил он по-русски.
Кто-то из тумана подал Селгарину еще одну чашу, которую тот принял и поднес Кате и беловолосому.
В чаше плескалось нечто зеленоватое и пахучее. Катя с отвращением опознала вчерашний супчик.
– Готовы ли вы пройти врата Долины? – торжественно спросил Селгарин, поднимая чашу.
– Давно готов, – буркнул беловолосый.
– Это обязательно? – с сомнением спросила Катя, не притрагиваясь к чаше.
В глазах Селгарина промелькнула растерянность.
– Тебе не нравится?
– Нравится? Эта отрава?
Беловолосый уставился на Катю, как голодная акула на дайвера.
– Она сейчас все выпьет, – угрожающе сказал он. – И добавки попросит.
– Поить ее насильно было бы крайне нежелательно, – возразил Селгарин. – Элемент принуждения, ты же знаешь…
– Кто сказал «насильно»? – удивился эльф. – Девица, посмотри влево.
Катя посмотрела, и у нее перехватило горло. У двери, чуть в стороне от прочей публики, под присмотром мордоворотов в форме секьюрити стояли Лейка и Дима. Лица у обоих были мрачные и растерянные. Лейка, увидев, что Катя смотрит на них, слабо улыбнулась, Дима смотрел сердито и беспомощно.
– Как они тут оказались? – прошипела Катя.
– Сами пришли, – сказал Селгарин. – Тебя искали. Кто ищет, тот найдет. Особенно если ему помогут…
– Время! – напомнил беловолосый. – Пей, если хочешь, чтобы они сумели отсюда уйти!
Катя посмотрела еще раз и увидела, что мордовороты крепко держат Диму за локти. Лейку не держали, но все равно…
Катя вздохнула… и выпила зеленый бульон. Несколько секунд – зал поплыл у нее перед глазами, колени подогнулись… Последнее, что видела Катя, – как беловолосый допивает остатки зелья…
* * *Подиум утонул в клубах разноцветного дыма, а когда дым поредел, то оказалось, что ни Кати, ни страшненького блондина на сцене больше нет.
Дима вполголоса ругался, Лейка ревела, но никто не обращал на них внимания. Равнодушные охранники довольно грубо отпихивали беснующихся «детишек», но те словно бы и не замечали этого."
"Впрочем, оказалось, что для Лейки с Димой все неприятности кончились.
Спустя несколько минут охранники вывели их из зала.
Снаружи ждала Карина.
– Эдуард Георгиевич велел их отпустить, – сказала она.
– Но он сам… – попытался возразить старший секьюрити.
– Он сам слишком занят, чтобы заниматься такой ерундой! – перебила Карина. – Вот, возьми, он просил передать… – Карина сунула охраннику свернутые в трубочку деньги.
Секьюрити переглянулись и синхронно кивнули.
– Люблю я музеи, – говорила Карина, возглавлявшая их маленькую процессию. – Меня всегда забавляло, как люди пытаются сохранить время.

















