Мой друг тролль

Но через несколько минут, когда справа промелькнул указатель «боковая дорога», джип сбросил скорость…

* * *Столкновение было не очень сильным – в «порше» даже подушки не сработали, но под капотом у него что-то заскрежетало – и Дима остановился. Джип, практически не пострадавший, тут же умчался вперед. Несколько мгновений – и его габаритные огни растворились в темноте. На табло компьютера «порше» высветилось сообщение о поломке. Какой именно, Дима не понял.

– Поехали! – потребовал Карлссон.

– Ладно, – согласился Дима.

Он тронулся, плавно увеличивая скорость.

Под капотом скрежетало.

– Там что-то за что-то задевает, – изрек Дима очевидную вещь. – Может, остановимся, а то еще загоримся…

– Вперед! – ледяным голосом приказал Карлссон.

«Порше» разогнался до ста. Как ни странно, скрежетать стало меньше. Дима прибавил еще. «Порше» шел нормально и «держал» дорогу вполне удовлетворительно. Но огни джипа впереди не появились.

– Не понимаю, – пробормотал Дима. – Мы уже должны его достать… Не мог он так быстро смыться…

– Может быть, он освещение выключил? – предположила Лейка.

– Остановись, – внезапно потребовал Карлссон. – И открой окно."

"Помятый «Порше», зловеще скрежеща, остановился у обочины. Карлссон высунулся в окно и начал принюхиваться.

– Ну? – не выдержала Лейка. – Нашел?

– Он там, впереди – сказал Карлссон, указывая в темноту, в сторону от шоссе.

– С дороги слетел, что ли? От удара?

– Не знаю. Но он продолжает удаляться. Поехали.

Дима послушно тронулся с места. Теперь они ехали медленно, внимательно глядя по сторонам.

– Смотрите – знак «дорога сбоку»! – воскликнула Лейка.

– Не «дорога сбоку», а «пересечение с неравнозначной дорогой», – автоматически поправил ее Дима.

– Сворачивай туда, – скомандовал Карлссон.

– А ты уверен, что он поехал именно туда?

– Уверен – я его вижу.

– Как же он, без фар?

– Он видит не хуже меня.

Они свернули на проселок. Первые метров двадцать шел неровный асфальт, сменившийся обычной грунтовкой. Потом пошли глубокие колдобины. «Порше» переваливал через них, скрипя и задевая днищем о землю, и Дима ежесекундно ожидал, что машина застрянет.

Теперь, вдобавок к скрежету, в салон просочился тошнотворный запах горелой изоляции.

– Что там – поле? – спросила Лейка, вглядываясь в темноту.

– Непохоже, – отозвался Дима. – Кажется, вода блестит?

– Озеро?

Фары высветили у края дороги гнилые березки, растущие прямо из черной воды. Под колесами захлюпала вода. Машина начала пробуксовывать.

– Болото, – сказал Дима.

– Он что, рехнулся? – воскликнула Лейка. – Зачем его сюда понесло?

– Как раз не рехнулся. Ему сразу надо было так сделать.