Мой друг тролль

Если Тэм придет и встанет за дверью и скажет: «Впусти меня», – неужели она не впустит его, будь он хоть трижды мертвецом? Неужели не откроет дверь, даже понимая, что в его обличье может прийти кто угодно? И она упустит шанс вернуть его – если такой шанс есть – и ради него надо всего лишь пожертвовать жизнью?

Но ведьма сказала: жизнь друзей… Катя содрогнулась: «Нет!»

– Твои друзья в безопасности, – произнесла Лиадан, словно читая ее мысли. – И тебе не придется ничем жертвовать. Мой племянничек прав. Вы похожи. И ты, и он во что бы то ни стало хотите получить свое. Ты поможешь ему?

Катя ответила не сразу. Помочь Ротгару? Но Ротгар – враг! Он убийца! На его совести (хотя вряд ли у него есть совесть) – смерть семьи Карлссона. Но ведь и Карлссон безжалостно убивал эльфов…

Катя запуталась. С тех пор как она увидела Ротгара глазами баньши, ей было трудно относиться к нему как к чистому злу.

Селгарин любил его. И та девушка-ши – тоже… Не о ней ли речь? Это ведь ее кости лежат в деревянном саркофаге с эльфийскими рунами?

Катя озвучила свой вопрос, и Лиадан ответила: да, ее.

– Ротгару надо призвать дух, – пояснила ведьма. – Это можешь сделать только ты. Принуждать тебя и тем более убивать никто не собирается. Очень важно, чтобы ты помогла нам добровольно. По ту сторону Грани нет места принуждению и лжи. Дух свободен.

Катя мрачно глядела на ведьму. Как же, как же! «Нет места лжи!» Когда она покидала Лейкину квартиру, о Ротгаре не было сказано ни слова. Впрочем, можно было догадаться. Где бессмертная тетушка, там и племянничек Ротгар. Нет, нельзя верить ничему, что сиды говорят смертным. Интересно, а друг другу они тоже непрерывно врут?

Катя колебалась…

– Останови машину! – приказала Лиадан зомбированному водителю. – Хочешь вернуться? – поинтересовалась ведьма. – Я могу отвезти тебя обратно. Вместе с кейсом. У меня довольно времени. И у огра его в избытке. Мы договоримся. Когда-нибудь… Но Тэм к утру уйдет. И тот прекрасный конструкт, который сотворили мы с сестрами, превратится в гнилое мясо. Неужели тебе не жаль его? Это же совершенство! Лучшее наше творение за последние два века!

Кате показалось или в голосе ведьмы действительно прозвучала гордость?"

"– Мне искренне жаль, если такое чудо сожрут могильные черви, – продолжала Лиадан. – Ты действительно храбрая девушка, если готова просидеть возле него всю ночь, наблюдая, как он умирает? – Ведьма хихикнула. – Он уйдет по твоей вине. Из-за твоего упрямства. Ты ведь себе этого никогда не простишь, правда? Тебе придется с этим жить. А я скажу Ротгару, что он ошибся. То, что он принял в тебе за волю, – простое упрямство. Ну как? Едем назад?

– Нет! – отрезала Катя. У нее действительно не было выбора. – Я согласна.