Мой генерал

– Ты потерял обручальное кольцо своей бабушки? – тревожно осведомилась Марина. – С бриллиантами и изумрудами?

– Почти, – согласился он. Не поднимаясь с корточек, он переместился на шаг и снова стал смотреть.

Марина присела рядом. Очень близко оказалась загорелая мужская нога – длинные мышцы, жесткие золотистые волосы.

Боже, помоги мне!

– Что ты ищешь?

– Я пока сам не знаю, – вежливо отозвался Федор Тучков Четвертый. – Я просто смотрю. Проверяю твое подозрение.

– Какое мое подозрение?!

Он мельком глянул на нее:

– Относительно того, что лошадь могли сильно напугать или причинить ей боль, чтобы она сбросила наездника.

Ты сказала, что, если мы не видели, это еще не значит, что этого не было.

Федор зачерпнул горсть песка и ссыпал обратно. На ладони не осталось ничего интересного. Марина тоже зачерпнула и ссыпала – у нее на ладони осталась пивная пробка. Она посмотрела на нее с отвращением и отшвырнула.

– Как может выглядеть то, что мы ищем?

– Я не знаю, – повторил он с вежливым раздражением. – Я скажу тебе, когда найду.

Некоторое время они молча рылись в песке. Хорошо, что над обрывом в этот час не было отдыхающих! Подбежал веснушчатый мальчишка, приостановился и посмотрел на них.

– Дядь, вы в куличики играете? – спросил он через некоторое время и почесал нос.

– Мы играем в песочек, – объяснил Федор Тучков туманно.

– Вы, дядь, лучше в куличики, – посоветовал мальчишка. – Только здесь песок сухой. У воды куличики лучше.

Марина оглянулась на него и улыбнулась. Надо же, какой заботливый!

Мальчишка еще постоял, а потом поскакал вверх, к корпусу, откуда протяжно и заунывно кричали: «Славик, Славик!»

Сильный порыв ветра с Волги швырнул песок в лицо.

Марина зажмурилась, дернула головой и стала тереть моментально заслезившиеся глаза. Песок попал под веки, смотреть было больно, и глаза она открыла не сразу.

А когда открыла, увидела, что в руке у Федора Тучкова длинный металлический прутик, похожий на стержень от шариковой ручки.

Марина моментально перестала обливаться слезами и тереть глаза.

– Что это?!

– Железка.

Марина придвинулась поближе, так, что почти коснулась коленкой его ноги, и стала разглядывать прутик. Прутик как прутик. На проволоку не похож, сделан из какой-то твердой стали.

Один кончик очень острый, второй тупой, как будто с темной бороздкой.

– Слушай, – произнес Тучков Четвертый медленно. – Это просто потрясающе. Ты оказалась права.

Марина немного погордилась, что «оказалась права», хотя до конца ей не было ясно, в чем именно, и тем, что он это признал, тоже погордилась.

Ну хоть в чем-то права, а то полицейский капитан совсем уж перестал считать ее стоящим напарником! Впрочем, это ее «приключение», и как раз капитан – напарник, а главное действующее лицо – она сама.