Мой маленький секрет

Предлагаю понять и простить меня, балбеса такого и продолжить этот сказочный вечер, — и смотрит так пронзительно в глаза, что мой максимум, это положительный кивок.

И вот мы уже уплетаем за обе щеки порции шашлыка, иногда пробуя овощной салат, чтобы еда не встала комом в желудке. Шутим, рассказываем смешные истории из детства. Даже студенчество затрагиваем. Вы знали, что в некоторых институтах есть посвящение не только в студенты, но и ещё в общежитие? Лично я — нет. В нашем универе такое не практиковалось. Общежития у нас были относительно большие. Мирового престижа все же добились.

Ему даже пришлось на посвящении пройтись по осколкам босыми ногами. И он это сделал — ни единой царапины не осталось! Но увы, от «шальной пули» никто не застрахован. Один из парней напился и случайно его толкнул. К счастью он падал лицом, поэтому смог максимально удачно приземлиться. Только линия жизни была рассечена на две части. Одна часть была значительно короче другой. Я даже пошутила, что надо посмотреть возраст, в котором разрыв. Там же вроде она делится на годы. Ну и прикинуть, когда его жизнь разделится на «до» и «после»."

"Болтали ни о чем по сути. Просто знакомились поближе. Искали общие интересы и камни преткновений. Последних оказалось весьма мало: любим разный вид яичницы, по-разному относимся к благотворительности (я помогаю всем без разбору, а он перечисляет деньги только в фонды, считая неправильным разводить уличных попрошаек), я люблю чай, а он кофеман… Ну и так, по мелочи. По большом счету это все не так уж и критично. Разве нет?

— Как же тут красиво, — охватывая плечи руками, смотрю на луну.

Наши лица освещались её светом и отблесками свечей, будто мы переместились в старые времена. Птицы поют, сверчки трещат, слышен шум воды и шелест лёгкого ветерка… И двое влюбленных. Романтика в чистом виде.

— Это ты красивая, — обнимает меня со спины, от этого становится намного теплее, и опаляет шею горячим дыханием. — Не могу поверить, что ты существуешь. Как же я безумно рад, что меня сюда забросило и мы встретились, — и начал целовать в шею, плавно разворачивая к себе, одной рукой взяв меня за лицо. — Не хочу давить на тебя, но находится рядом и не прикасаться очень трудно. Обещаю, дам время привыкнуть к себе, но я не железный, — и сильнее прижимает к себе, дав почувствовать, о чём именно он говорит, а у меня щеки заливаются краской, хорошо, что сейчас ночь и этого не видно. — Скоро начну откровенно совращать, — и накрывает губы поцелуем, от которого начинает кружится голова.

Он не давил, приучал, ласкал. Движения губ были очень чувственными и порхающими, что хотелось продолжения, и когда в один прекрасный момент к ним присоединился язык, я легко запустила его внутрь. Вот тут и началось безумие.