Мой сводный брат

Мы приехали домой и я сразу же, побросав сумку и одежду, отправилась на кухню. Мне же нужно было кормить моего мужчину! Я заглянула в морозилку, как хорошо, с одной стороны, жить с родителями. Мясо в морозилке и запасы картошки есть дома всегда! Я достала кусок свинины и сунула его в микроволновку размораживаться. Вот дуррра, нужно было с утра достать его… Пока мясо кружилось на стеклянном поддоне, я пошла в комнату переодеться. Андрей вышел в домашних старых джинсах и чуть растянутой футболке.

– Дай мне минут сорок, я приготовлю кушать тебе, – сказала я, забегая в комнату.

– Да могли бы купить пельмени и все! – крикнул Андрей из ванной.

Двери в комнату я закрывать не стала. Переодевалась так. Но он так и не заглянул, разговаривал со мной так, повышая голос.

– Нет, не надо пельменей! Я быстро все сделаю!

На моей кровати по-прежнему спал кот. Вот ленивый кабан. Уходила – спал. Пришла – спит. Я вышла из комнаты.

– Тебе помочь может? – спросил он.

– Да не нужно, пока мясо будет жариться, я все сделаю.

– Ну, ладно, я у себя…

Я поставила жарить свининку, навалила в миску коту его еды, потом поставила варить картошку на пюре. Пока все это готовилось, пошла в туалет. Там уже сидел кот.

– Ты специально сюда ходишь вместе со мной?

Черт, туалет кошачий надо поменять…

– Андре-е-е-й, – позвала я брата, когда мыла руки.

– А!

Я заглянула к нему в комнату, вытирая полотенцем руки на ходу.

– А знаешь, что нужно сделать?

– Что? – спросил он, сосредоточенно глядя в монитор.

– Нужно поменять горшок коту…

– Фу-у-у-у…

– Ну, пожа-а-алуйста…, – я выпятила нижнюю губу, – я же готовлю ужин…"

"– Такая хитрая! Если б ты мне раньше сказала, что у меня есть выбор: чистить картошку или чистить кошачьи каки, поверь, даже ведро картошки меня бы не испугало…

Я продолжала смотреть на него обиженными глазами, выпятив губу.

– Ну, ладно-ладно… какая же ты…

– Какая? – рассмеялась я.

– Маленькая хитрая лиса, – сказал Андрей, приближаясь ко мне. Я замерла, а вдруг… но он прошел мимо и скрылся в туалете.

– Фу-у-у-у, – раздалось оттуда снова.

Я, хихикая, ушла на кухню. Андрей еще долго гремел пластиковым тазом, бубнил и, наконец, хлопнула входная дверь. Понес на улицу содержимое горшка. Пока он отмывал руки по возвращении, я накрыла на стол.

– Ужина-а-а-ать!

– Так, за моральный ущерб к чаю должен быть какой-нибудь торт, соглашусь на персиковый, – сказал Андрей, входя на кухню.

– Ха! За моральный ущерб тебе овсяное печенье сойдет! – ответила я, двигая к нему тарелку с ужином, – Ешь!

В это время в кармане у Андрея зазвонил мобильник.