Мой прекрасный враг

– В покер играешь? – с усмешкой спросила я, потому что всегда считала, что это игра для умных людей или очень удачливых. Ледовского мысленно относила к категории вторых, но на одном фарте не уедешь ни за игральным столом, ни спасаясь от холода на склоне горы. Это правило я запомнила еще в четырнадцать, когда застряла в канатном вагончике на высоте трех с половиной тысяч метров."

"Электричество отключилось, поднялся сильный ветер, руки начали замерзать, за окошками медленно опускалось солнце. Я тогда очень паниковала, сидя в одиночестве на холодной сидушке. Вагончик то и дело качался, и в те минуты, когда раздавался скрип, у меня замирало сердце, все казалось – сейчас сорвется.

Потом, конечно, приехали спасатели, нас вытащили, но больше на склон я старалась не ездить. В конце концов, несмотря на мою довольно удачливую судьбу, именно в горах, замерзая от холода, я пришла к осознанному выводу – полагаться можно только на себя. Видимо, поэтому мои жизненные устои крутились вокруг правил и следования им. Ведь если бы в тот день инженеры проверили технику достаточно хорошо, никто бы не пострадал, а пострадавшие были. Это мне помогли перцовые грелки, которые папа подсовывал в карманы, несколько же человек получили разную степень обморожения.

– А что тебя так удивляет? – раздался вопрос Ледовского сквозь призму моих воспоминаний из детства. Я взяла коробочку с фишками, разглядывая довольно большой арсенал.

– Думала, такие, как ты, не играют в карты.

– А я думал, девочки вроде тебя и слов-то таких не знают.

– Хочешь сказать, что девчонки ни на что не годятся? – завелась я, поднявшись на ноги. Ну, это уже совсем ни в какие ворота. Что за разделение по половому признаку?! Карта может быть хорошей или плохой, от держателя это никак не зависит. Или он меня за дурочку принимает?

– Интересно мыслишь, сыграем? – совершенно неожиданно, с неким пренебрежением сказал Айс, словно бросая мне вызов. Я – человек не азартный, от слова совсем. Более того, не вижу в картах ничего хорошего. Но утереть нос этому парню жуть как хотелось. Тем более кое-что умела, правила знала. Грех было отказываться.

– А давай. Что ставишь на кон?

– Ого, как серьезно ты к делу подошла, маленькая мисс хозяйка, – усмехнулся Ледовский, облокотившись плечом о дверной косяк. Он пробежался по мне больно цепким, оценивающим взглядом, видимо, обдумывая ставку.

– Только ничего пошлого, – напомнила, чем вызвала очередной глумливый смешок. Господи, за все девятнадцать лет ни один парень настолько яро не выражал свой анти-интерес к моей персоне. Будто я какая-то серая мышка, одетая в мешок из-под картошки. Неприятненько, однако.

– Выиграешь, прощу одно желание.

– А может, дневник отдашь? – поспешила попробовать отстоять свои интересы.