Моя сводная Тыковка (СИ)

 — Считаю, что каждый должен тренироваться, исходя из подготовки и индивидуальных особенностей.

Перевожу дыхание. Что бы ни сказал Марат, уверена, что выкрутилась и при этом продолжила стоять на своём.

— Согласен, — неожиданно кивает Ахматгариев и насмешливо смотрит на меня. — У нас примерно два часа. За это время я продемонстрирую свою полную тренировку.

Он перечисляет всё, что будет делать, и девочки повизгивают от восторга, а парни тушуются, явно завидуя чемпиону. Бег, прыжки, отжимания… Какие два часа? Да на всё это и полдня мало!

— Выложусь в полную силу, — серьёзно обещает Марат.

Я же радуюсь, что внезапное безумие не ухудшило моего положения. Стараюсь не думать, почему на меня так подействовал запах Ахматгариева. Не до того сейчас! А тот продолжает:

— Но если не уложишься за это время, то получишь два неуда, по двойке на каждый урок. Не говоря о наказании, о котором я уже упоминал.

— Что? — настораживаюсь. — Куда не уложусь?

— В кроватку, — хихикает один из парней, но под суровым взглядом Лолы съёживается. — Я хотел сказать, что Тыква в неё не влезет…

— Помолчи лучше, — зло шипит подруга и подходит ко мне. Встаёт рядом и смотрит на Марата. — Таня справится. Не сомневайся! Что сложного в том, чтобы пробежать десять километров за два часа?

Холодею, понимая, что странное наваждение, накрывшее от одуряющего запаха мужского парфюма, сыграло со мной злую шутку. Я хотела избежать пробежки, но только что практически обязалась сделать это, если Ахматгариев покажет свою полную тренировку. Как так вышло?!

Стою, прощаясь с остатками репутации.

— Ахматгариев же тебя провоцировал! — шипит Даша. — Мстит за тыкву. А ты так просто поддалась… С ума сошла?

— Ага, — несчастно тяну я. — Лучше и не скажешь!

— Что, если снова в обморок упадёшь? — подруга прижимает ладонь ко лбу. — В прошлый раз тебя парни в медпункт тебя вшестером несли, после того, как Майгуров не удержал.

Щёки заливаются жаром. Хуже дня в моей жизни не было. Я легко пробежала первые два километра, а потом в глазах резко потемнело. Очнулась от затылке — преподаватель, не выдержав ноши, уронил меня на землю. К тому же сам не смог разогнуться. В итоге мальчики нашего курса несли нас обоих. Меня вшестером, а его втроём. Через весь университет! И это было так унизительно, что даже сейчас вспоминать стыдно.

Владимир Сергеевич, после того, как вышел с больничного, больше никогда не требовал от меня большего, чем игра в волейбол.

— Отступать не стану! — говорю уверенно и размахиваю руками, разминаясь. — Да я каждый день преодолеваю расстояние в два раза больше!

— На велике, — тихо говорит Лола.

— Я справлюсь! — убеждаю её, хотя сама не уверена. Но злость разливается по венам жидким азотом и не даёт отступить.