Моя сводная Тыковка (СИ)

— Спятила? — кривится тот и хватает зубную щётку: — Умоюсь внизу. Там же есть раковина?

— Да…

Он уходит, а я прислоняюсь к закрытой двери, едва дыша. Сердце то сжимается, то стучит, как сумасшедшее, в голове туман, в мыслях полный раздрай. Выпаливаю в гневе:

— Вот же индюк самодовольный!

Принимаю душ, иду к себе, ложусь, но сон не приходит. Снова и снова проигрываю произошедшее за день, и в каждой картинке присутствует тот, кто так сильно действует мне на нервы.

— Так не пойдёт! — рывком откидываю покрывало, поднимаюсь и торопливо иду к столу, но замираю в растерянности. — Где мой ноут? Может?..

Ищу телефон и набираю маму:

— Прости, что отвлекаю. Ты не брала мой большой ноут?

— Прости, я хотела поиграть, — мама пытается перекричать музыку. Похоже, они с мужем хорошо проводят время. — Не могла спать, нервничала перед свадьбой.

Вздрагиваю. В спальне? О, нет!

— Где конкретно? Скажи, мам!

— Кажется, я сунула его за подушки.

— Спасибо, мам. Люблю. Пока!

— Я тебя тоже люблю, доченька!

Некоторое время стою, нервно перебирая пальцами телефон, а потом решаюсь. Всё равно ведь не усну, пока не сброшу напряжение. Иду к маминой спальне, осторожно стучу:

— Марат? Мне кое-что нужно взять. Можно войти? — В ответ тишина, и я тихонько приоткрываю дверь. — Марат?

Вхожу, опасливо глядя на кровать, где, судя по выпуклости, спит чемпион. Будить не хочу, собираюсь тихонечко прокрасться к кровати и забрать ноутбук. Даже вижу, как поблескивает его уголок из-за подушек. Наклоняюсь над спящим и тянусь, но не достаю.

«Чёрт!»

Опасливо покосившись на Марата, прислушиваюсь к мерному дыханию. Спит, судя по всему, крепко. Тогда решаюсь и забираюсь на кровать, но стоит коснуться ноутбука, как вдруг ощущаю на талии сильные руки и слышу бормотание:

— Детка, иди ко мне…

Марат прижимает меня к себе и целует в губы. Так бесстыдно сладко, что я замираю, не дыша, а сердце отбивает рваный ритм. Три. Два. Раз! Мужчина резко открывает глаза.

Глава 16. Декласс"

"(Декласс — тотальное доминирование одного боксёра над другим на протяжении всех раундов)

Уверена, что в жизни каждого человека есть момент, который он будет вспоминать всю жизнь, так вот у меня этот момент тоже настаёт. Вот в эту самую секунду! И плевать, что мы с Маратом общаемся, как кошка с собакой, я никогда… Никогда. НИКОГДА! Не забуду эти три секунды.

Но, к сожалению, любой счастливый момент заканчивается и наступает расплата.

Невольно сжимаюсь, когда Марат открывает глаза и, чуть отстранившись, внимательно смотрит на меня. Да, я привыкла к издёвкам и злым прозвищам, научилась огрызаться, но в этот миг кажется, что не перенесу даже одной мало-мальски пошлой шутки про толстушек.

«Не надо!» — мысленно молю Марата.