Моя сводная Тыковка (СИ)

 — Если бы Танька нас не бросила, а Ахматгариев не слился, это был бы праздник века!

Потолкавшись у входа, студенты уходят. Царёва, явившись на карнавал в роскошном бальном платье королевы вампиров при виде стула, который покрашен золотой краской, тоже торопливо ретируется.

К нам протискивается Лола:

— Девочки приглашают к себе в общагу, — шепчет она. — Костюм пригодится, а то получится, что зря тащила. Идём?

— Придётся, — кивает Даша и морщится. — Костя такой болтун! Теперь все думают, что маскарада не будет из-за Ахматгариева и Тани, которые и пальцем не пошевелили.

— Не поспоришь, — пожимаю плечами. — Я действительно ничего не сделала."

"— И молодец! — восклицает Лола. — Когда ты ушла из старост, сразу стало понятно, на ком всё держалось. Если раньше всё делала ты, то заслужила получать доплату за всех старост. Я раньше и не осознавала, как много ты работала!

— Мы и в общаге повеселимся, — обнимает меня Даша, и Лола присоединяется. — Гуляем до утра!

Только покидает здание, как нас ослепляет светом фар.

— Что это? — Все щурятся, закрываясь от яркого освещения. — Грузовики?! Здесь не стройка…

И тут к нам подкатывает жёлтый кабриолет и Марат поднимает руку:

— Тыква! Отличный костюм. А как тебе мой?

Смотрю на него, одетого, как обычно, и ворчу:

— Так это была маска? А я подумала, что у тебя амплуа самовлюблённого эгоиста.

Он выскакивает из машины и широко улыбается мне:

— Это маска. Сейчас убедишься!

И машет кому-то. Из грузовиков вытаскивают странную мебель, и Лола ахает, сложив ладони:

— Это что? Гробы?!

— Трон! — восклицает Царёва, которая уже успела вернуться. — Какая прелесть?

Кривые зеркала, ростовые куклы, сундуки с костюмами. И это ещё не всё! Вскоре в зале установили умопомрачительное освещение, а на каждой стене проекторы показывали знаменитые ужастики, и вокруг расставили столы с такими роскошными закусками, что студентки визжали от восторга и фотографировались с ними.

— Пальцы ведьмы из печенья! — ахает Королёва.

А её подружки прыгают на месте, как восторженные девочки:

— Глаза из личи! Смотри, это мозги!.. Тартар?! Ха-ха!

Становится шумно, и уже трудно различить, где чьи голоса, но Ахматгариев удивляет ещё больше. Он хлопает в ладоши, и в зал вносят огромный котёл, в который что-то выливают из канистры. Марат подходит и, щёлкнув зажигалкой, быстро подносит огонёк к котлу, и поверхность начинает мерцать синим пламенем.

От восторженных криков закладывает уши.

Маскарад продолжается до поздней ночи, а людей всё прибывает и прибывает. Играет громкая музыка, и мы с девочками, разгорячённые и радостные, танцуем в толпе, как вдруг музыка меняется, и по залу разливается баллада.

— Можно тебя пригласить на танец? — слышу за спиной и резко разворачиваюсь.