Моя в наказание (СИ)
— Ты присвоила себе мою дочь. — Я ее родила, Айдар. — Засадила меня за решетку и присвоила. — Бывший муж настаивает на своем, а во мне звенит злость и обида. — Сколько собиралась скрывать? Если честно, всю жизнь. Но молчу. Пусть читает по глазам. — Значит так, Айлин, мою доброту ты не оценила. Предала. Теперь будет иначе. — Мы разойдемся и сделаем вид, что не встречались, Айдар. Это моя дочь. Ты для нее никто. — В глазах мужа — молнии. Зачем я бужу его чертей? — Никем для нее рискуешь стать ты, так что попридержи язык. — От грубого ответа вспыхивает лицо. Я ненавижу его за самоуверенность, которой нечего противопоставить. — Ты так и не поняла, за кого вышла замуж. Хочешь остаться матерью для моей дочери? Тогда слушай внимательно. Ты заслужила наказание.
Я на двести процентов уверена: его «снова» там не случайно.
Глава 21
Айлин
На мне снова красивое белье, на лице — макияж, я вкусно пахну духами, маслами, а кожа гладкая до неприличия. И я снова же еду в такси в гостиничный номер Айдара. Но состояние и настроение сегодня совсем не такое, как в первый раз.
Я понятия не имею, что будет, когда увижу его, но не терпится до зуда под кожей.
Три недели, Аллах! Его не было ровно три недели. Я на них оглядываюсь и не понимаю, как пережила.
Я даже не знаю, он уже там или еще в дороге, просто вчера написал: будь в восемь.
До этого мы еще несколько раз переписывались. Коротко. О Сафи. Но мне почему-то хочется думать, что он сохранил на телефон не только ее видео и фотографии, но и мое.
Прощаясь с таксистом, еле сдерживаю глупую улыбку. Поочередно закусываю уголочки губ, но все равно прорывается.
Хлопаю дверью, дергаю узкое платье вниз.
Просить ключ на лобби мне не приходится — Айдар не говорил его оставить в наш последний раз. Поэтому направляюсь сразу к лифтам. Чем ближе наша встреча — тем сильнее я волнуюсь. Сегодня без дурацких гостинцев. И без бесконечных страхов.
Даже если он захочет сразу поговорить — плевать. Я настолько заждалась, что, кажется, готова ко всему. Но верю в лучшее.
Пока доезжаю до нужного этажа — сгораю от нетерпения. По коридору иду быстро, как будто боюсь, что застукают. Подходя, уже даже не пытаюсь не улыбаться — невозможно.
Знаю, что в реальности не рискну, но в своей голове прокручиваю, как вижу его, дыхание сбивается, а я бросаюсь на шею. И он ловит. Может не с восторгом, но ловит. Не отталкивает.
Прижимаю магнитную карту и тяну дверь."
"Закрыв за своей спиной, сразу осознаю: внутри никого, кроме меня, нет. Сердце по инерции еще скачет, а я закрываю глаза, выдыхаю резко. Через рот.
Разочарована, конечно. Слишком завелась. Но это не смертельно.
Беру себя в руки, расправляю плечи, открываю глаза и прохожу вглубь номера.
Я впервые здесь одна. Живот изнутри щекочут бабочки.
Не разуваюсь. На моих ногах — красивые босоножки. Пусть снова сам. Бросаю сумочку в холле и направляюсь в спальню.
Щелкаю включателем света. Вижу кровать. Без особого стыда и совсем без сожаления вспоминаю, что мы с ним на ней делали.
Подхожу к высокой спинке. Глажу обивку. Жар покалывает кожу на шее и щеках. А еще тягучими каплями стекает вниз живота.
Айдар ни о чем таком не говорил, но я отвела Сафие к Аллочке с ночевкой. Взгляд отводила. Внятно ничего не объясняла. Но уверена — старшая подруга понимает, что я с кем-то сплю. Не знает, что с мужем.
Веду пальцами по покрывалу, осматриваю спальню дальше. Взгляд падает на стоящую на журнальном столике вазу со льдом и бутылкой шампанского. Рядом — блюдо, накрытое колпаком. Подхожу и приподнимаю. Фрукты.
Моторчик за ребрами реагирует.

















