Моя в наказание (СИ)

Вставляю в сухие морщинистые руки обернутый салфеткой рожок и поворачиваюсь к Данечке.

Приседаю перед ним. Вижу, что он приуныл. Моя принцесса переключилась на другого, да?

Прости ее, мой хороший. Это порода у нас такая. Иногда мы не видим хорошего за настолько очаровательно-ужасным.

Наклоняю купленный для Дани рожок с его любимым — дынным — и легонько касаюсь кончика курносого носа.

Данечка сначала удивляется, а потом смеется и стирает с носа капельку.

Берет у меня мороженое уже с улыбкой. С наслаждением ведет языком.

Вот и мне бы так… Чтобы просто кто-то мороженым по носу и настроение сразу вверх.

Не поднимаясь, разворачиваюсь и еще одно протягиваю Сафие.

— У меня машина, как у тебя? — Дочка спрашивает у отца.

— Нет, у тебя круче. Последняя модель. — От его голоса мне плохо. Хочется попросить: просто заткнись. Святой такой…

— Тает, кызым. Надо есть.

Слизываю начавший течь по вафельному рожку пломбир с дочкиной порции и протягиваю ей.

Она скорее всего не понимает, почему появление нашего друга не вызывает во мне такого же восторга, как в ней.

Хмурится, но мороженое берет.

— А ты Айдару купила, мам?

На меня снова, как вчера, волной накатывает злость. Это пугает. Я не должна испытывать злость из-за обычного детского вопроса.

Глотаю. Дышу.

— Нет, кызым. Айдар взрослый. Он может сходить себе за мороженым. Тем более, он нас не предупреждал, что собирается в парк.

Чувствую взгляд. Плотный. Вязкий. Адресный.

Страшно до колик, но я все равно вскидываю свой на секунду. Успеваю впитать. Хмурый. Задумчивый. Думаешь, как бы еще побольнее меня наказать?

Правильно, думай. Пока что я даже себя удивляю тем, насколько бездонна.

— Айдар, хочешь мое? — Та же девочка, которая не пустила за руль Даню, теперь готова отдать свое мороженое.

Стону внутри. Со вздохом вырастаю.

Смотрю Айдару в глаза и протягиваю рожок, который брала вроде как себе. Сейчас-то понятно — в горло не полезет. Пусть забирает.

Пусть всё забирает.

— Она не успокоится, если ты останешься без мороженого.

Хочу кожу сдирать взглядом. Ненавидеть. Презирать. Что делаю в реальности — не знаю. А он — продолжает убивать.

Смотрит и молчит. По лицу. Вниз.

Ты здесь сам или со своей?

Руки после нее помыл прежде, чем моего ребенка касаться?

Вся моя дерзость таится внутри. Разъедает желчью.

Айдар возвращается к глазам. Его ладонь сжимает руку Сафи. Я боковым зрением вижу, что она уже с наслаждением лижет свое мороженое, оглядывая парк. А я получаю короткое:

— Ешь.

После приказа — ни за что.

Веду себя глупо, но с порывом не справиться. Пожимаю плечами, отхожу и бросаю невостребованный рожок в урну.