Моя в наказание (СИ)

Пошлость его слов работает прекрасно.

— Проверь, — провоцирую, а потом дрожу.

Айдар прихватывает губами мою мочку и съезжает ладонью к лобку. Гладит через кружево. Задевает голую кожу. Я нетерпеливо дергаюсь, он скользит пальцами между складок. Влажных-влажных. Как раньше.

От желания вперемешку с задвинутой поглубже неуверенностью сбивается дыхание. Я опускаю голову, чувствуя в отражении плотный, внимательный взгляд.

Двигаю ноги шире. Концентрируюсь на умелых движениях пальцев.

— Ай, — Айдар зовет, я не хочу смотреть в ответ. Но он повторяет: — Ай, — и я сдаюсь. Взгляд взлетает. — Ты не пожалеешь.

Я отдалась бы и без обещания, но оно все равно кажется уместным. Не уверена, что не пожалею, но…

Даю развернуть себя и подсадить на тумбу. Между раздвинутых бедер вклиниваются мужские. Айдар забрасывает руку за спину и дергает футболку. Я тут же вжимаюсь ладонями в налитые мышцы торса. Моя кожа горит от контакта с раскаленной кожей Айдара.

Скольжу до груди. Сжимаю плечи. Подаюсь ртом навстречу его рту. Он кажется одновременно каменным и до бесконечности живым. И я с ним такая. Пошлая. Низкая. Настоящая.

Не фарфоровая совсем.

Домашние штаны съезжают вниз вместе с боксерами.

Айдар сжимает мои ягодицы и приближает к себе. Головка упирается в складки. Я прикусываю его губу до крови. Он в ответ толкается в меня языком.

— Блять, я так по тебе скучал, — оторвавшись, давит своим лбом в мой. Настойчиво и сильно. Меня не отбрасывает назад только потому, что я держусь за напряженные плечи. Ловлю бегающий по лицу взгляд.

Его вокруг больше, чем воздуха. Чувство такое, что я открыла врата… Скорее в ад, чем в рай. Нам же гореть вдвоем, я помню.

Ничего не отвечаю, хотя он, может быть, ждал. Тянусь к губам. Целую тягуче. Так тоже хочется. Изучить его снова. Попробовать. Веду языком по губам. Айдар их сильно стискивает, совершая очень медленные давящие движения на мою промежность. Стимулирует, но не толкается. Я поощряю, разводя колени шире и скользя щиколотками по его бедрам выше.

Мужской рот приоткрывается, я ныряю языком, который тут же оплетает его.

Одновременно с этим в меня проникает член. Растягивает. Доставляет боль и самое сочное из знакомых мне удовольствий.

Аллах. Это оно, да.

От достигшей пика жадности не могу сдержать восторженный возглас. Проезжаюсь пальцами по мужской шее. Ныряю в волосы. Давлю голову ближе, хотя куда уже.

Мы клонимся, мужские бедра подаются назад и член снова входит глубоко. Запрокидываю голову — Айдар припадает к шее.

Прогибаюсь — обхватывает сосок губами. Ведет по ареоле языком. Я раскрываюсь сильнее. Упираюсь о столешницу за спиной. Смотрю в потолок — потом на макушку. Ванную заполняют пошлые звуки. Воздух — запах нашего желания.

На мой клитор ложатся пальцы. Глаза закатываются.