Мы – Гордые часть 8

— Ты что-нибудь нарыла про это место? — спросил я ее, чтобы разогнать зловещую тишину.

Биение жизни показывало ее полное отсутствие в большом радиусе, и куда мы шли, я поняти не имел — дорога тут была одна и состояла сплошь из ступенек, ведущих вниз.

— Официальная история считает, что катакомбы дворца были построены в десятом веке. Изначально это были каменоломни, которые находились за границами города. Именно из известняка, добытого в этих подземельях, была построена крепость, позже превратившаяся в город. Сейчас по официальным данным она занимает почти пятьсот квадратных километров. Вся эта огромная площадь буквально усыпана костями людей.

А началось все в средневековье, тогда хоронили возле церквей, но кладбища были переполнены, то есть, могилы в десять — пятнадцать слоев и курган до трех метров. Когда пару веков назад под весом мертвых тел обрушилась городская стена, власти решили всех хоронить в катакомбах. Там есть останки тех, кто погиб в ночь Черных плащей, когда последователи Темных богов резали Светлых, и тех, кто умер от чумы. Есть и знаменитые люди, у них там склепы стоят. Но в основном, это все безымянные.

Один Четыре говорит, что это место обладает чудовищной темной энергией. Миллионы неприкаянных душ собраны в одном месте, и самое ужасное, что их кости выставлены на всеобщее обозрение.

Это место называется вместилищем для пепла, праха и костных останков, остающихся после трупосожжения. Сейчас там находится такая своего рода скульптура, если так можно сказать, и её собрали из черепов и костей неизвестных людей, которых здесь нашли. Также выложены и стены. Конечно, это создает такое неприятное ощущение, когда там находишься, ну, и многие считают, что так им не дают успокоиться."

"— Ты вот меня прям сейчас так взбодрила, что хочется все тут взорвать. Я ж теперь от каждой тени шарахаться буду! Если они такие огромные, как мы искать этих уродов будем?

— Так по следу и пойдем, чего не ясно? Если уж я чувствую темную нить, то ты и подавно должен.

— Чувствую. Но она дергается постоянно, будто ее хотят оборвать. А я не даю, вот и нервничаю. А еще тут сыро. Не люблю сырость и влажность. Нет, влажность я люблю в определенных местах, но не тут.

— Пошляк.

— Кто бы говорил. Кто мне на ушко сегодня утром всякие пошлости шептал?

— Я тебе рассказывала о новом мече, что недавно купила.

— Все равно прозвучало пошло, особенно тот момент, когда ты его щупала и гладила. Это он железный, а я нет.

— Теперь понятно, почему ты на меня так набросился.

— Вообще то, это ты меня на кровать повалила.

— Не существенно. Важен сам факт.

— Принято. А чего это ты вдруг такая разговорчивая стала?

— Нервничаю.

— Ты⁈

— А что, только тебе можно? Ну, может еще чуть-чуть возбуждена.