Наследница Дивной усадьбы

– Палаша, пойми, я не смогу, – мямлил мужик, но уже колебался.

– Ну и дурак! А если бы помог мне, господин бы нам денег заплатил. Он двести рублев обещал! А может, за услугу такую мне вообще вольную справит, если угодим ему.

– Не буду я в крови руки марать, даже ради твоей вольной, Палаша.

– Вот, значит, как? Сам вольный, а мне век в неволе жить? Да? Значит, и про любовь свою все мне врал! Тогда и живи один! Не пойду за тебя замуж! Так бобылем и помрешь!

Палаша вскочила со стула и, схватив большой кухонный нож, вдруг бросилась к двери, за которой я стояла. Я в ужасе отшатнулась, не на шутку перепугавшись. Но в следующий момент лесник бросился вслед за горничной и схватил ее за руку. Он прекрасно понял, что она вознамерилась сделать, и я тоже поняла по зажатому в ее руке ножу.

– Да погоди ты, бешеная! Давай все спокойно обсудим, – заявил недовольно мужик, оттаскивая женщину обратно к печи. – Сядь. Я же не сказал нет…

Они уселись обратно за стол и начали шушукаться.

– Сначала ее кокнем по-тихому, пока она спит, а потом и ребенка. Никто и не узнает.

У меня все потемнело перед глазами. Сначала муж, который ненавидел и желал моей смерти, теперь горничная собиралась меня зарезать во сне.

– Только тянуть не надо, – услышала я последние слова Палаши – Пока никто не очухался и не узнал, что я ее сюда привела. Тело ее спрячем, зароем и дите тоже. Пусть ищут по лесам. В жизнь не найдут. А я всем скажу, что потерялись мы друг с другом в лесу.

Я попятилась от двери, нервно мотая головой.

Как же ангелы послали меня в это тело и в этот мир, где моей смерти жаждали сразу столько людей?

Муж, горничная, лесник, кто еще?

И, видимо, эта злыдня Палаша говорила правду про моего мужа. Что он намерен меня извести. Но только скрыла от меня одно – что и сама служила Шереметьеву и старалась исполнить его приказ. Потому и завела меня в лес! А извозчик и лесник были с ними в сговоре!

Просто прекрасное начало новой жизни!

Куча ненавистников желают разделаться со мной. Я непонятного где, в дремучем лесу, да еще и малютка на руках.

С каждым мигом мною все сильнее завладевал страх, а в голове настойчиво забилась яростная мысль – надо немедленно бежать отсюда, пока не случилось самое страшное!

Я подумала о том, что, если бы сейчас я встретилась с этим извергом, моим мужем, этим графом Шереметьевым, сразу же бы заявила ему, что согласна на развод. Зачем держаться за того, кто тебе изменяет и не любит? Зачем? Для чего? Чтобы он и дальше вытирал о меня ноги?

Ну уж нет. Возможно, прежняя молодая графиня Любовь и хотела всеми силами удержать мужа-изменника, но мне, Зинаиде Алексеевне, это точно было не надо. Я достаточно уважала себя и была слишком самодостаточна, чтобы терпеть подобное. Насильно мил не будешь, как говорится.