Наследница Дивной усадьбы

Если я смогу поселиться здесь, в усадьбе, ты уйдешь с дороги. И я выиграла! Я добилась того, что Григорий привез меня сюда и при всех заявил, что я его будущая жена и буду здесь жить. И не смей говорить, что это было не так!

Я резко выдернула руку и отошла от Салтыковой на шаг, пораженно смотря на нее. Она точно не врала. Ибо такую изощренную ложь точно не могла придумать примитивная фантазия Елизаветы.

Вот это новость! Я, оказывается, заключала какие-то дурацкие пари на мужа с любовницей?!

Эта Любовь была не в себе? Даже слышать подобную гнусность было невыносимо, не то что исполнять.

Хотя Елизавета упоминала о какой-то лестнице, с которой я ее толкнула. Да и Танюша спрашивала, не задумала ли я чего против Елизаветы Васильевны? Это все указывало на то, что по характеру прежняя Любаша была совсем не робкого десятка, скорее, очень хитрой, изворотливой и беспринципной. И, видимо, вполне могла подстроить какую каверзу любовнице. После известия о пари я уже поверила бы во что угодно."

"Да… прямо кладезь «добродетелей» была эта прежняя Любаша.

Но я, естественно, не собиралась опускаться до ее уровня. Для меня это было неприемлемо. С дурными и неприятными мне людьми я просто прекращала общаться и все. И уж точно не мстила, прекрасно зная, что любая месть и злоба разрушает существо человека и приводит к болезням.

Я чуть прикрыла глаза, нервно размышляя, как реагировать на все это.

Глава 26

– Что, вспомнила? – продолжала верещать в бешенстве Елизавета, входя в раж. – Не смогла ты пережить такого позора! Оттого что я выиграла пари и теперь Григорий любит меня. Так взбеленилась, что сбежала тогда поутру. И я требую, чтобы ты оставила Григория в покое!

Так вот почему недавняя владелица моего тела так стремительно сбежала из дворца. Не смогла смириться, что проиграла это дрянное пари на мужа. Видимо, вспыльчива и порывиста была. Ее характер читался по прежним поступкам, уехала назло мужу. И не ожидала, что начнутся роды, а Палашка задумает ее убить в домике лесника.

Теперь картина прежних событий стала предельна ясна. Я даже с облегчением выдохнула. Спасибо этой вздорной скандалистке Елизавете!

Я нахмурилась. Заключать пари на человека был верхом цинизма и гнусности. И меня просто коробило от одной мысли об этом. Но, похоже, ни Лизавета, ни прежняя Любаша не думали так. Видимо, я имела какие-то другие жизненные принципы и воспитание.

Однако это доказывало еще кое-что. Любовь совершенно не любила мужа. Ну не могла искренне любящая женщина так поступить, заключать пари с любовницей. Кто победит, тому и достанется бедняга Шереметьев. Берд какой-то. Хотя этот поступок вписывался в один ряд с пощечинами графу.