Не Барби для босса (СИ)

Она касается меня, словно хочет изучить каждый сантиметр моего тела, и от этого становится только жарче. Я сам едва сдерживаюсь, чувствуя, как меня начинает потряхивать от предвкушения.

Женя открывает пьяные от возбуждения глаза, медленно моргает, облизывая пересохшие губы. Она будто хочет сказать что-то, но я не даю ей этой возможности, снова прижимая к себе и целуя с новой силой. Тяну её ближе и чувствую, как её ноги жестче сжимают мои бедра.

Женя тихо стонет мне в рот от очередного толчка пальцев, и я чувствую, как она покачивает бедрами, будто танцуя на мне медленный, страстный танец. Теряю контроль.

— Женя… — шепчу хрипло, и она поднимает на меня глаза, её взгляд проникает в самую глубину моей души. — Хочу тебя, моя девочка.

Она лишь коротко улыбается. Её губы находят мою шею, и я чувствую, как по коже пробегает дрожь от нежных покусываний. Её прикосновения такие горячие, такие будоражащие, что я уже готов кончить, даже не войдя внутрь.

Чуть отстраняю Женю, чтобы стащить с себя полотенце. Нетерпеливо раскрываю бедра. Женя скользит по моему телу осоловелым взглядом и, опустив его вниз, вдруг будто трезвеет.

— Мамочки! — округляет она глаза, испуганно отшатываясь.

Глава 16. Роман

— Куда? — возбужденно рычу, удерживая Женьку, которая, по-моему, решила позорно сбежать в самый ответственный момент. — Жень, ты чего, девственница, что ли?

Напряжение и не думает спадать. Член стоит колом, жаждая ворваться в горячее тело. Хочу эту девочку до помутнения рассудка. И, кажется, если она сейчас скажет “нет”, я все равно не остановлюсь.

— Да ну нет, — смущенно бормочет Смирнова, не зная, куда деть взгляд. — Просто… у меня не было таких…

— Каких? — щурюсь.

Осознание того, что у нее вообще какие-то были вызывает смешанные чувства. С одной стороны — не девственница, и это отлично, меньше проблем. С другой — самец во мне вопит, что надо присвоить, пометить и никому больше не отдавать. Чтобы все, какие были, нахер шли.

— Крупненьких, — сдержанно кашляет в кулак Женя. Ее щеки становятся фиолетового цвета.

— А какие были? — терпеливо уточняю, понимая, что меня начинает жрать ревность.

— Ну, вот такой, — она показывает пальцами сантиметров двенадцать-четырнадцать.

— Один, что ли? — приподнимаю бровь.

Смирнова смотрит на меня, поджимая губы, но кивает.

— Ахаха, — ржу и за бедра притягиваю ее обратно. Так, чтобы она упиралась в мой твердый ствол. — Так передо мной, считай, почти невинная барышня.

— Очень смешно, — обиженно бурчит Женька, елозя и пытаясь отодвинуться. — А вы что думали, я прям с каждым, как с вами?

— Чшш! — прерываю ее. — Я вообще ничего не думал. Это ты разговор начала."

"Переворачиваю Смирнову на диван, подминаю под себя, сжимаю ее запястья в своей руке, отвожу за голову.