Не рассказывай

Гладил меня, обнимал, прижимал к себе. — У меня есть к тебе предложение. Сейчас пиццу закажем, фильм выберем, завалимся под одеяло. Я тебе отлижу так, что визжать будешь. И начнем смотреть боевичок в обнимку. Как план?

Я всхлипнула и улыбнулась.

— Ого! А ты умеешь? Отлизать.

— Ну ты мне покажешь пальцем, где у тебя клитор. Если вдруг промахнусь, — съязвил в ответ. Потом продолжил серьезно: — А теперь скажи, Облачко, что там за уе*ан тебя обидел? Давай-ка я поговорю с ним. Язык видать длинный, оторвать надо.

— Что? — встрепенулась я.

Но Денис как обычно лишь усилил хватку, не отпуская меня.

— Никто не обидел. Это рабочие моменты, — затараторила.

— Какая-то сука на тебя наорала, его надо на место поставить.

— Денис, перестань, — заволновалась я, представляя, как он едет ко мне в фирму и начинает драться с начальником отдела. — Бывает, что мы срываемся друг на друге. У нас это нормально.

— Срываться нужно на груше, а не на женщине. Ксюш, я не шучу. Работа есть работа, но есть же грани какие-то. Давай я схожу к тебе в офис, напомню о них. Мне не сложно.

— Моя коллега тоже женщина, — примирительно солгала я.

Он не поверил.

Губу выпятил чуть вперед. Понял всё. Правило «никому о нас не рассказывать» в силе. Но я обняла его крепко-крепко, и он вроде смягчился.

Потом я сходила в душ, очень хотелось освежиться в конце дня. Мы действительно заказали пиццу. Пока Денис говорил по телефону, я нашла ручку и нарисовала на себе около десятка стрелочек от груди и ниже. К клитору. На лобке так и вовсе несколько штук, чтобы наверняка.

Ни о чем не подозревающий Денис стащил с меня футболку и трусы, увидел стрелки, нахмурился. А потом вдруг… как захохотал! Я подхватила. В итоге мы смеялись оба, до слез.

Так долго! Я даже стыдно хрюкнула. Но боже, как же заразительно он смеется! Это нужно видеть и слышать. Даже когда вроде не над чем, но если ему весело — весело всем вокруг.

— О, вижу, как ты на меня надеешься! Приятно пздц! Ксюша! — разводил он руками, деланно возмущаясь.

— Хватит уже материться! Я просто пытаюсь помочь нам обоим! Просто очень… ну очень сильно куни хочется, — скромно потупила я глаза.

Он как-то враз посерьезнел. А потом обнял и подмял меня под себя.

Уж не знаю, помогли ли ему мои указатели, но справился он… на отлично.

В жизни так быстро не кончала от языка мужчины. Сначала нежного, затем настойчивого.

Я смотрела на Дениса, на то, как охотно он уткнулся мне между ног, и дрожала. Сильные руки стиснули мои бедра, придвигая к себе ближе. Я описать не могу, как сладко мне было! Я всё чувствовала. Как целует, лижет. Как адово хочет. А потом помогает себе пальцами. Упивается. Каждым движением он не просто трахал меня языком, он показывал, что я его. Ласкал жадно, горячо. Я выгибалась и стонала, я просто не могла остановиться.