Неподходящий

Первым в ее жизни мужчиной, которого она, кажется, только что по-настоящему захотела.

Прежние абстрактные желания — довериться и отдаться во власть крепким, сильным рукам, вдохнуть терпкий, уникальный запах, почувствовать чужие прикосновения и поцелуи, ощутить приятные тепло и тяжесть мужского тела на своем, — в эту минуту обрели живое воплощение."

"Первым от марева охватившего их забытья очнулся Сергей. Выдохнув, он как будто растеряно отвел взгляд в сторону и потянулся к своему бокалу.

Кира задрожала. Одновременно хотелось убежать и остаться. Отмахнуться от странного, свербящего за грудиной чувства и вместе с тем — узнать о нем все. Пожалуй, уже через несколько мгновений Кира нашла ему подходящее определение.

Тяга. Пугающе сильная и совершенно иррациональная тяга к человеку, которого Кира видела первый раз в жизни. Однако потребность дотронуться до Сергея была такой, что держать при себе подрагивающие, как у давнего алкоголика руки, оказалось непросто.

— Неожиданно. — Раздавшийся спустя несколько минут тишины хриплый мужской баритон завибрировал в каждой нервной клетке Кириного тела, словно то было резонатором, и затем растекся по ее венам опьяняющим удовольствием.

— Что именно? — уточнила она глухо, с неудавшимся гонором: голос совсем не поддавался управлению.

Сергей хмыкнул и, наклонившись вперед, оперся локтями о столешницу.

— Только не говори, что тебя сейчас не пробрало, — прошептал он вкрадчиво, глядя Кире прямо в глаза и намеренно не скрывая в своих ни единого из собственных желаний.

Близость Сергея давила и отчасти ошарашивала. Даже пугала, однако Кира, как загипнотизированная, и сама склонилась вперед. Уголок красивых мужских губ, на которые она невольно посматривала весь этот вечер, довольно дернулся, вызывая очередной сбой терморегуляции в ее теле.

— Не буду, — выдохнула Кира наконец, замерев всего лишь в нескольких сантиметрах от лица Сергея.

Аромат его парфюма, достигший обоняния, действительно показался ей приятным, но она уже не удивлялась тому, что, наверное, первый раз в жизни ее не тошнит от продуктов мужской парфюмерии. С ней и такого состояния, когда от вполне настоящего напряжения и лишь предполагаемого, но столь желанного наслаждения, потряхивает едва ли не до потери сознания, раньше не случалось.

— Дай руку, — то ли попросил, то ли потребовал Сергей и протянул Кире свою, ожидая ответного движения.

— Ч-что? — переспросила она с искренним непониманием, но вопреки словам уже вкладывала правую ладонь в свободно лежавшую на столе мужскую.

Тепло их соприкоснувшихся рук слилось воедино. Не сразу, словно вместе с Кирой переживая путаницу в душе и сознании, Сергей мягко сжал пальцы на ее правом предплечье.

Собственные ощущения Киру поразили.