Невеста черного Медведя

Чтобы даже не смели помышлять о том, чтобы кого обворовать, или ещё хуже — продать.

Князю людскому в петлю пора, а на его место кого пожёстче.

Чтобы пахали, избы от вшей отмывали, поля сеяли.

А о халяве не помышляли.

Мешок снова тряхнуло, и я приложилась всем телом об землю.

Ну, сволочи!

— Всё! Не могу дальше. Эта девка весит больше порося!

ЧТО?

""Сам ты хряк"" — тихо прошептала я.

Мужчины какое-то время продолжали стоять на месте. Мимо, судя по звукам, проехала пара телег и не более. Кричать и звать на помощь, я не решалась. Уже поняла, что помочь — не помогут, а вот хуже себе легко сделаю.

Да и первый же мой крик приведёт к тому, что я снова получу чем тяжёлым по голове.

А она у меня не чугунная.

Ещё пара ударов, и стану фиги на деревьях воробышкам крутить.

А это мне ну совсем не нужно.

Вдалеке снова послышался шум.

— Вот эту, Брынь, останавливай. Там лопух какой-то правит.

— Ну да, задохлик, можно его телегой разжиться.

У меня сердце на мгновение остановилось.

Охонюшки, нужно мужика предупредить.

Но себе же плохо сделаю. Убьют же или дурочкой оставят.

Нет, кричать нужно. Жалко, если человек там хороший.

Пока мучилась совестью, телега остановилась.

— Куда вам? — раздался неожиданный бас.

— Так, в столицу княжества, а ты куда едешь? — проорал, кажется, Брынь.

— На ярмарку, — отозвался возница. — В мешке что?

— А тебе какая разница? — огрызнулся Михло.

— Раз спрашиваю, значит, есть дело до мешка твоего, — бас возницы мне кого-то напоминал.

— Свинья там, — рявкнул Брынь."

"Я открыла было рот, чтобы прокричать мужику о том, что спасаться нужно, как вдруг раздалось:

— Свинья — это хорошо! А ну, мужики, в канаву этих свиноводов, а мешок в телегу.

Не успела я сообразить, что происходит, как послышалась нешуточная возня.

Кто кого бил? Что там за крики?

Пару раз мешок подпнули.

Встав на четвереньки, я попыталась закрыть голову, но куда там. Очередной пинок повалил меня наземь.

Постепенно драка стихла.

Признаться, я сейчас была за то, чтобы проиграли всё. Но, нет, я слышала шаги.

— Проверь мешок, — рявкнул незнакомец.

Снова послышалась возня: ткань дёргали, видимо, развязывали верёвки.

Яркий свет на мгновение ослепил.

— Ты глянь, лось наш! — раздалось надо мной. — Только он теперь баба.

Я мысленно ругнулась. Вот не свезло. Знакомые всё лица.

Всматриваясь в рыжеволосую детину, щурилась, на мгновение его лицо расплылось и изменилось. Но стоило моргнуть, как всё встало на свои места. Недоумённо, я повернула голову набок. Ага, знакомый дядечка и ещё один лоб здоровый.

— В рабство продавать будете? — с надеждой уточнила я.

— А чего бы и нет! — раздалось надо мной. Детина положил руку на мою голову и сжал её неожиданно сильно. — Дружков, надеюсь, не осталось.

Я покачала головой, что всё ещё была в его тисках.