Невеста для мажора

Чуть ёрзаю, вызывая из груди Макара глухой стон. Млея от собственной смелости, завожу руку назад и кладу поверх ткани боксёров.

— Настенька, — хрипло тянет Макар.

Я поворачиваю голову назад, кладу руку на затылок парня, притягиваю его голову ближе и целую со всей страстью, которая умещается во мне. Серебрякову сносит крышу. Его же футболка оказывается разорванной на части, я лежащей на спине, а крепкое тело Макара на мне. Вскрикиваю от разрывающей на части боли. Чёрт. Не думала, что будет настолько больно.

Серебряков замирает поражённо. Заглядывает в моё лицо. Ох, черт, сколько эмоций на его лице, в его взгляде. Я вижу, как ему сложно сдерживаться. Вижу, как по лицу катится пот. Как бицепсы напрягаются и как на них проступают вены. Когда боль кажется мне более-менее терпимой, я неумело веду бёдрами. Макар рычит, как раненный зверь. Понимаю, что сорвала последние стоп-краны. Парень движется быстро и размашисто, заставляя меня цепляться за его плечи, оставляя на них кровавые борозды от ногтей, и стонать в голос.

Когда Макар перекатывается на спину и перетягивает меня на свою грудь, мне кажется, что у меня не осталось сил. Все выкачали. Ещё и трактором сверху проехались.

Макар целует мои влажные волосы на висках, гладит пальцами по спине. Проваливаясь в глубокий сон, слышу его шёпот:

— Я такой кретин, Насть. Такой кретин…

Глава 17

Макар

Настя спит, прижавшись обнажённым телом ко мне. Голова девчонки покоится на моей груди. Спокойное дыхание Насти щекочет кожу. Носом утыкаюсь в волосы на её затылке. Чёрт. Чувствую, как снова возбуждаюсь. Пальцами стискиваю плечи девчонки. Ласкаю нежную кожу. Бл*ть. Я знал, прекрасно знал, что стоит дорваться до её тела, держать при себе руки будет невероятно сложно. Так и оказалось. Мне её мало. Пи**ецки мало. Хочется разбудить её, погрузившись в её нежное сонное тело. Ждал этого с момента, как увидел её впервые.

Но в разы сильнее желания чувства стыда, злости и ненависти. Знаете то чувство безысходности, когда знаешь, что совершил полную херню, а исправить уже не можешь? Когда понимаешь, что был кретином и последним мудаком?

Стискиваю зубы до скрипа. Хочется разбудить Настю и начать извиняться. Вымаливать её прощение. Настя тихо застонала от боли сквозь сон. Опустил взгляд и понял, что слишком сильно стискиваю её плечи пальцами. Одёрнул руку. Носом глубже зарылся в её волосы. Прикрыл глаза, втягивая запах девчонки глубже. Чуть унял ярость. Ярость на п**ора Дениса. На свою бывшую. Но больше всего на самого себя. Я бл*ть могу винить кого угодно. Сколько угодно. Но я облажался. По крупному. И я реально не знаю, как просить прощения. Я бл*ть не знаю, что нужно сделать, чтобы Настя меня простила. А можно ли за такое простить? Простил бы я сам?

Настю простил бы. Ей я всё готов простит.