Невеста младшего брата (СИ)

Рассматриваю себя в зеркало, выискивая хоть какие-то изменения, глажу совершенно плоский живот, пытаясь представить его в разы больше. Радомир застает меня в тот момент, когда я под его рубашку пытаюсь запихнуть подушку. Ржет. Громко, чуть ли не сгибаясь пополам. Подушка летит в него. Уворачивается, обнимает и жадно, с оттяжкой целует, лаская каждый уголочек моего рта.

— Собирайся. Нам к врачу пора ехать.

Пока я одеваюсь, он делает для меня яблочный фреш в дорогу. Вызывает такси не через приложение, а через диспетчера, поясняя, что ему необходимы максимально нейтральные запахи в салоне автомобиля. Поиск машины занимает чуть больше времени, чем мы привыкли, но зато мы доезжаем без остановок.

Рад просит водителя дождаться нас, чтобы опять не пришлось долго искать автомобиль. Ведет меня в женскую консультацию мимо регистратуры сразу в кабинет. Извиняясь перед беременными девочками, сидящими в очереди, заглядывает в кабинет, оставив меня посидеть в коридоре.

— Нас вызовут, — вернувшись, садится рядом.

Не спрашиваю, почему мы здесь и откуда у него в этом месте образовался знакомый гинеколог. Наверняка опять «Оля посоветовала». Не хочу слышать это, потому что наверняка звонил.

— Яровские, — выходит в коридор медсестра.

— Я Филатова, — отвечаю на автомате.

Рад шумно выдыхает сквозь зубы.

— Это ненадолго, — наклоняется и шепчет мне на ухо.

Прохожу процедуру стандартных вопросов, осмотр с Радомиром за ширмой, УЗИ и подтверждение, что крошечный комочек в моем животе все же есть. Тесты не ошиблись, а мой ранний токсикоз можно облегчить специальными препаратами.

Я должна быть счастлива. Мой мужчина в восторге рассматривает снимки с УЗИ, где еще ничего непонятно, а я считаю срок и мне становится панически страшно.

Незащищенная близость с Радом, а потом выходка Лекса…

Я не знаю, чей это ребенок.

Кто из братьев Яровских отец моего малыша? А если Рад? А мы с Лексом, по его словам, пили вино. Это может отразиться на моем комочке?

А если он что-то подсыпал мне в кофе? Почему до этой секунды я не подумала о таком варианте? Вдруг мой ребенок пострадает… А если отец все же Алексей?

Это убьет Радомира. Это убьет наши с ним отношения…

Мне становится плохо. Впиваюсь ногтями в руку Рада и прошу дать мне пару минут постоять на свежем воздухе. Он списывает мое состояние на токсикоз, а у меня мир под ногами качается совсем по другому поводу.

«Надо ему рассказать» — взывает внутренний голос. — «Это нечестно по отношению к Радомиру.