Казачий спас

Но дело есть дело, а значит, он просто обязан держать свои настроения в узде. Главное сегодня, донести до императора то, что войска слишком давно не воевали, а значит, случись беда, воевать придется большой кровью.

А о том, что войны не миновать, он знал точно. Что называется, нутром чуял. Сорокадвухлетний мужчина почти саженного роста, с легкой проседью на висках, выглядел импозантно, и никому из окружающих в голову не могло прийти, что этот красавец все чаще вспоминает умершую родами жену. Именно поэтому он упрямо отказывался принимать от казны имения и дома, продолжая снимать большую квартиру в одном из доходных домов столицы. Со всеми обиходными делами легко справлялся верный денщик Ахмед, из кавказских горцев.

Да и времени в той квартире генерал проводил мало, все больше предпочитая находиться в войсках. Регулярно объезжая самые дальние гарнизоны, граф пытался за делами забить тоску одиночества, но каждый вечер она становилась все сильнее. Вот и сейчас, сидя на заднем сиденье автомобиля марки «Руссо-Балт», генерал с тоской во взоре глядел на пробегающие мимо стены домов и подворотни. Ведь одним из таких дворов мог бы быть и его.

Неожиданно машина резко остановилась, и сопровождавшие ее верховые с грехом пополам удержали коней. На дороге, перегородив ее напрочь, стояли дроги с отвалившимся колесом. А самое неприятное, что дроги были загружены досками, и поднять их, чтобы поставить на место колесо, было делом непростым. Возница, тщедушный мужичок, едва увидев автомобиль и верховых, испуганно втянул голову в плечи и принялся бестолково суетиться вокруг телеги.

— Помогите ему, иначе до вечера простоим, — скомандовал генерал, оглянувшись назад. На дороге уже начали скапливаться проезжающие.

Пара сопровождавших его донцов помоложе с глухой руганью слезли с коней и направились к дрогам. Граф же от нечего делать попытался вернуться к своим размышлениям, попутно скользя взглядом по окружающей обстановке. Неожиданно он зацепил краем глаза подворотню и пару странно одетых мужчин, стоявших у задней двери небольшого дома. Стоявшие явно наблюдали за тем, что происходит на улице, и, увидев военных, забеспокоились. Сам не понимая, зачем это делает, генерал решительно распахнул дверцу машины, негромко сказав:

— А ну, Ахметка, пойдем, разомнем ноги.

Легко выскочив из автомобиля, граф стремительно зашагал к подворотне, стараясь не выпускать из поля зрения странных людей. Верный Ахмед, с ходу почувствовав его настроение, молча достал из кобуры револьвер и, взведя курок, завел руку за спину, чтобы до времени не возбуждать подозрений. Но не прошли они и пяти шагов, как дверь дома, которую незнакомцы, похоже, караулили, распахнулась, и из нее выпрыгнул человек с саблей в руке.