Невинная для Лютого

Чтобы не смеялись. Чтобы не глумились. Мне было всего восемнадцать. Тело вытянулось, но мышцы все еще были слабыми и дряблыми. Костлявая статура, угловатые плечи, длинные тощие руки. Я был похож на Кощея Бессмертного.

Когда остался в одних трусах, они зашлись хохотом, а у меня ревело под ребрами сердце. Тогда я научился ненавидеть по-настоящему, но сумел сдержать ярость в узде. Затолкать в душу и разрешить по себе потоптаться. Ради семьи. Ради спокойствия тети.

— И это тоже, — заржала Оксана, показав на мои бедра. — Боря, помоги ему, скромняге.

Я глянул на нее так, что девушка попятилась, а брат настоял:

— Снимай, костлявый, или я срежу их вместе с твоим хреном!

И я сделал это. Подчинился. Брат, толкнул меня в грязь, а потом они долго с упоением пинали меня. Окровавленного и ослабшего выбросили за ворота."

"Домой я добрался поздней ночью, а после месяц пролежал в больнице с воспалением легких и сильными ушибами. Родным сказал, что меня ограбили на улице, но заявление подавать не захотел, потому что был пьян и ничего не видел. Тетя не поверила, но я и не настаивал.

Позже не попал на последний звонок и выпускной, но особо и не хотел. Летом поступил на физкультурный и постарался просто забыть Оксану, хотя тот случай оставил в моем сердце глубокий шрам. Я долго не подпускал к себе девушек и никому не доверял.

Когда выпустился из института, и память уже ослабила тиски, стерла из души унижение, я случайно встретил Оксану в продуктовом магазине. В черном платке, с потухшими глазами. Конечно, она меня не узнала, потому что я стал шире, сильнее, грубее. Наверное, ее насмешки и подтолкнули меня к занятию спортом: сначала ради самозащиты сначала, а потом из желания быть ближе к детям. Как недостижимой мечте о семье.

Девушка, что насмехалась и издевалась надо мной вместе с братом, расплатилась за товар и тихо вышла на улицу, а ей вслед полетели шепотки:

— Связалась с бандитом, вот и результат. И Борька погиб из-за нее, защищать полез от мужа, что лупил ее, как сидорову козу, — на месте и пристрелили. Теперь сама дочь воспитывает, с родителями так и не общается…

Не дослушав сплетниц, я вышел на улицу и поискал взглядом девушку. Мир жесток, но справедлив.

Провожая хрупкую фигурку Оксаны, что толкала впереди старую коляску, я думал, как бы повернулась жизнь, если бы она встречалась со мной. Если бы стала моей женой. И не видел ее на этом месте.

За все поступки приходится платить. Я не питал иллюзий, настанет и мой черёд.

Подняв голову, увидел Ангелину, что спускалась по лестнице в белом пышном платье, и понял, что расплата уже близко.

Я себя ненавидел в этот миг. За то, что хочу этой свадьбы. Долго не мог поймать взгляд девушки, хотелось прочесть ее чувства, поискать надежду.