Невольница
— Набегалась? — с ухмылкой интересуется подонок.— Отдай мне телефон, сумку и открой дверь! — требую я.— Нет. Ты здесь задержишься.— Да боже! — вскидываю беспомощно руки. — Что происходит?! Кто ты?— Успокойся и зайди в дом, — в приказном тоне указывает он мне.— Я сказала, немедленно меня выпусти!Снова всхлипываю, когда этот подонок бесцеремонно дергает меня на себя, прижимая спиной к своей груди. Хватка на моих руках ослабляется, но я не дергаюсь, потому что к моему виску прикасается холодное дуло пистолета.— Попытаешься сбежать еще раз, я прострелю тебе колени. Поверь, это очень больно. Ходить долго не сможешь. Попытаешься уползти или хоть как-то меня обхитрить — а ты попытаешься, — усмехается мне в ухо. — Я прикую тебя к трубе в сыром подвале, — прикусывает мочку моего уха. — Детка, не зли меня, не надо. Давай ты, как умная девочка, поймешь все с первого раза. Поняла?Я — невольница. Я стала орудием мести моему отцу в чужих руках. Меня похитил жестокий и непредсказуемый человек. Он то кажется милосердным, то превращается в зверя. И теперь я не знаю, где реальность, а где мои иллюзии.#похищение#принуждение#противостояние характеров#остросюжетный роман#очень эмоционально#ХЭ!
Я так не хочу. Мне было очень больно терять жену. До сих пор больно так, что я исключил из своей жизни еще одну женщину, на которую запал.
Как, мать вашу, это произошло?
Откуда во мне столько тоски по ней?
Подмигиваю девчушке, а она мне улыбается. И становится еще хреновее, хоть пулю в лоб пускай.
Спускаюсь с крыльца вниз, иду назад домой.
Возвращаюсь в пустую квартиру. Всё, блядь, здесь отвратительно дорого. Но, сука, пусто и холодно.
Снимаю мокрую футболку. Открываю телефон и захожу на страницу в соцсети к Таисии, рассматривая ее новые фотографии. Вот она мешает какой-то коктейль и хитро улыбается. Яркая, красивая, живая. Сексуальная, манящая. Я знаю, какой внутри нее огонь. А вот с каким-то хреном за барной стойкой позируют, дурачась. Она устроилась подрабатывать в местный пляжный бар. Хотя денег на её счету достаточно, чтобы не работать ближайшие лет десять. Но детка неугомонная.
Откидываю телефон, падая на диван лицом вниз. Раньше, когда меня жрала изнутри тоска, я смотрел на портрет Веры. Сейчас полюс сместился. Веры больше нет. А Тая есть. И я хочу, чтобы она была.
Из системы выйти нельзя, как бы я этого ни желал.
И мне хочется разгромить нахрен всё в этой квартире. Хочется убивать. Всех, кто может препятствовать моему выходу. Или выйти тихо через пулю в лоб. Самое хреновое чувство на свете — это чувство безысходности. Когда выхода нет. Без шансов, без вариантов.
Снова слоняюсь по пустой квартире, допиваю виски и вырубаюсь на диване, окунаясь в спасительную темноту. Но и тут мне нет покоя. Снится она. На берегу моря, в мокром легком платье. И это не сладкий сон, где я могу ее открыто любить. Это тоже кошмар, потому что я убиваю того самого хрена, который там с ней. Который может к ней прикасаться. Я тону в его крови на ее глазах. И за это детка проклинает меня. Даже сны снятся ненормальные и кровавые, как и вся моя гребаная жизнь.
Решение приходит утром: я выйду из этой системы либо на тот свет, либо к ней. Все.
Глава 30
Таисия
Сентябрь в моем родном городе — холодный и дождливый. Сентябрь в маленьком городке у моря — бархатный и ласковый. Когда уже не жарко, но и не холодно. Когда море теплое и ласковое. Дышится здесь легко. Даже мироощущение другое. И ритм жизни иной.
Я не жалею, что переехала. Самое трудное было уговорить бабулю. Она очень не хотела покидать родной город и насиженное место. Но у меня получилось. Бабуля тоже не жалеет. Ей здесь понравилось, и чувствует она себя здесь лучше из-за смены климата.
Мы купили небольшой домик в пятнадцати минутах от моря. Бабуля организовала небольшой огород с зеленью. Здесь так тепло, что все растет, как на дрожжах, даже к концу лета.
Мое расписание простое и комфортное. Я ловлю полный дзен, пытаясь избавиться от кошмаров прошлого.
Встаю рано и иду пешком к морю.














