Невольница

Я не успеваю даже вскрикнуть, как мое горло перехватывает его ладонь…

Глава 13

Гордей

Опьянение никогда не является оправданием. Наоборот, алкоголь — отличный детектор лжи. Контроль потерян, и девочка не фильтрует слова. Я оценил ее искренность и даже кайфанул от ее ненависти. Да, детка, я не просто такой, как ты думаешь, я гораздо хуже.

Хотел ли я воспользоваться ее таким настойчивым предложением? Определенно, да. Если женщина выпрашивает и не понимает, когда надо остановиться и сбежать, почему я должен гасить в себе этот порыв? Я не ее преданный пес. Не мальчик, которым она может играть, а потом оттолкнуть. Я возьму всё, что мне нужно, сам. И я беру. Жадно, алчно, грязно, как она и хотела.

Я давал ей шанс уйти, но она им не воспользовалась.

И нет, я не благородный принц, который станет отбиваться от женщины, которая не в себе. Я намерен воспользоваться ее таким настойчивым «приглашением».

Наверное, если бы эта девочка не была мне интересна и не привлекала бы меня, я просто надавал бы ей отрезвляющих пощечин и отправил бы спать.

Но Таисии не повезло.

Не повезло, потому что я хочу ее.

Весь вечер смотрю на ее голые ступни, на губы, которые искажает язвительная улыбка, в глаза, которые блестят гневом и ненавистью, на грудь, которая скрывается под тонкой тканью легкого платья, и понимаю, что у меня стоит на эту отчаянную дерзкую дурочку. Которая обещает меня наказать. Обязательно, детка, когда-нибудь в следующей жизни карма меня настигнет, и я отвечу за всё по полной программе. Но не сейчас, и не в твоем положении.

Мне кажется, я слышу бешеный стук ее сердца в повисшей между нами тишине. Её глаза, подернутые сейчас дымкой опьянения, становятся огромные. Испугалась. Замерла. И именно это меня и заводит. Даже самая строптивая женщина покоряется перед страхом.

— Твоя провокация удалась, — хриплю ей, удерживая за шею. Нет, я не лишаю ее кислорода, просто фиксирую, показывая, в чьих она руках. — Теперь не дергайся, — ухмыляюсь ей в лицо, — и больно не будет, — понижаю тон.

Намеренно шумно втягиваю запах у ее виска. И мне нравится, как она пахнет. Чистым телом, гелем для душа, вином и солнцем. Никаких химических и искусственных запахов. Ощупываю пальцами пульс на ее шее. И эта ритмичная музыка возбуждает.

— Ты так громко заявляла о презрении ко мне, — хриплю ей в губы. — А теперь дрожишь.

Девочка в ступоре. Не дергается, не вырывается, не дерзит, только дышит прерывисто, словно я действительно перекрыл ей кислород, и смотрит на меня расширенными зрачками."

"— Отпусти себя, — вкрадчиво произношу я, еще раз втягивая ее такой честный запах. — Сейчас тебя нет. Есть только кукла в моих руках, в которую я хочу поиграть.