Няня поневоле

И на какое-то мгновение наступает тишина. Слышится слабый звон рюмок.

— Закусывай, Илья, — заботливо бубнит муж. — Вот, возьми огурчик. Даже не ожидал, что в этом клоповнике подают такой отличный коньяк.

— Отард, — довольно хмыкает Шмелев-джуниор, — Но его закусывать маринованным огурцом грех. Лучше яблоком…

— Ну, извини, трюфеля в этом медвежьем краю найти не удалось.

Отец с сыном хихикают и замолкают на время, занятые едой.

— Может, в ресторане заказать что-нибудь? — спрашивает Илья. Для Шмелева он, наверное, хороший сын. Вон, в такую даль вместе с ним потащился. И скорее всего, это Илья уговорил Лиру выступить. А потом избил. Скотина!

— Нет, мой дорогой, уже достаточно, — вздыхает Федор. — Вернемся к твоему главному вопросу. В такой ситуации у меня было несколько вариантов. Но, как ты сам понимаешь… вариант с разводом даже не рассматривался. Любой другой на моем месте поступил бы, как предположил ты. Я же выбрал другой путь и не прогадал. Самый лучший способ манипулировать человеком, это внушить ему чувство вины. Моя жена полностью в моих руках. Сейчас пройдет немного времени, и она осознает, чем обязана мне. И я тебя уверяю, что не будет более покладистой и покорной малышки. И чем дальше, тем больше. Это как дамоклов меч над головой. И с каждым годом ее преданность мне будет крепнуть. Она сделает все, как я захочу. Я просто уверен…

— Но для тебя же тоже этот ребенок станет неприятным напоминанием, — снова перебивает отца Илья.

— Нет, — шипит Федор. — Это мой главный инструмент. Кнут, которым время от времени придется стегать его мамашу, если ей вздумается взбрыкнуть. Это схема, сынок. Самая примитивная схема. И если первый ребенок незнамо от кого, то последующие — мои. Как якоря. Пусть знает, что я в любой момент могу сделать тест ДНК и развестись с ней, оставив детей себе. Лишу родительских прав за аморальное поведение. Выгнать из дома как собаку. Любой суд, Иля, встанет на мою сторону. Осознание собственной беспомощности делает человека покладистым.

— Красиво, — восторженно тянет Илья. — Ну ты, папа, и голова.

— Учись, малыш, — хрипло смеется муж, видимо, вставая из-за стола. Хлопает дверь в санузел. Слышится слабый шум воды."

"— Мне бы твои мозги, папа, — тяжело вздыхает Илья. Звякает стекло. Скорее всего, Илья снова наливает себе коньяк. Выпивает со вздохом.

— Спокойной ночи, Илюша, — бухтит муж на прощанье. Дверь в наше купе тут же открывается.

— Ты не спишь? — удивляется Федор, сверля меня пьяными глазами.

— Нет, — мотаю головой и добавляю яростным шепотом. — Я все слышала.

Муж закашливается, пытаясь скрыть изумление, но, совладав с собой, заявляет беспристрастно.

— Это хорошо. Теперь ты знаешь, что тебя ждет. И перестанешь выделываться.