Обед у людоеда
Мало того, что меня преследует глюк – кенгуру на балконе, – так и на работе случился облом. Я, Евлампия Романова, – агент бюро темных услуг «Алиби». Выполняя задание шефа, я под видом прислуги поселилась в семье клиентки и в два счета застукала мужа Ани слюбовницей. С чувством выполненного долга я положила на стол шефа снимки. Но Аня предложила мне у нее остаться. На дне рождения хозяина умерла, выпив ликер с цианидом, их гостья, в которой я без труда узнала ту самую любовницу. И сразу неприятности посыпались как из рога изобилия – отравили моего шефа, арестовали Аню, я потеряла работу… Но я никогда не унываю, поэтому по просьбе Аниной дочери смело взялась за расследование…
С ума сойти! Сначала она выливает ведрами сплетни, потом тут же отрицает сказанное…
– Значит, Борис Львович не любил Аню?
– Душенька, – пропела Зюка, – ну какая может быть страсть между козлом и жабой?
Я не успела спросить, кто из супругов земноводное, а кто млекопитающее, потому что зазвонил телефон.
– Милочка, – защебетала Зюка, – жду, жду…
Потом она положила трубку и пропела:
– Ну и зачем я вам нужна?
– Просто хотелось узнать кое-что о Жанне, о последних минутах сестры…
– Я очень любила Жанночку, – с чувством выпалила собеседница. – С ее смертью я лишилась одной из лучших подруг!
Я подавила улыбку.
– Мне говорили, что Жанна очень обиделась на вас за разгромные рецензии в журнале…
– Вы, душечка, кто по профессии? – прищурилась Зюка.
Ей-богу, если она не наденет очки, весь эффект от косметических операций пойдет прахом!
– Музыку преподаю, в школе!
– Ах так, – протянула Зюка и снисходительно пояснила: – Творческому человеку нельзя льстить, художника нужно стегать бичом, только тогда он создаст настоящие произведения. Тот, кто без конца хвалит, оказывает живописцу медвежью услугу, тормозит творческий рост. Такова моя позиция, и Жанночка ее в конце концов приняла. Последние годы мы были очень близки, очень!
– Тогда, может, вы знаете, где ее дневник?
– Что?
– Жанна вела записи, каждый прожитый день описывала…
Зюка заметно напряглась.
– Первый раз слышу… Вы ничего не путаете?
– Нет, она скрупулезно записывала события. А вы говорите, что были очень близки…
– Ну, – принялась выкручиваться Зюка, – все-таки у человека должно оставаться что-то свое, глубоко личное…
– Значит, про дневник вам ничего не известно?
Зюка начала быстро рыться в ящике стола.
– Душенька, с огромным удовольствием поболтала бы с вами еще, но, к сожалению, опаздываю на встречу. Сделаем так, я позвоню вам, когда выдастся минутка, обязательно на этой неделе, давайте телефон.
– Я не москвичка, из Иркутска.
– Где вы остановились?
Не задумываясь, я ляпнула:
– Гостиница «Морская».
Зюка даже не переменилась в лице.
– Где же такая?
«Сама не знаю», – чуть не ответила я, но нашлась:
– Провинциалу трудно в Москве ориентироваться, не могу запомнить названия улиц, хоть режьте. Сажусь в такси и прошу: «Отвезите в «Морскую».
– Правильно, – одобрила собеседница, – я так в Париже поступаю. А в номере должен быть телефон.
– Наверное.
– Звоните, милочка, – прощебетала редакторша и, с ласковой улыбкой подав визитную карточку, буквально вытолкала меня в приемную. – Извините, я тороплюсь!
Никогда я еще так бездарно не проводила беседу. Ничего, кроме старых сплетен, не узнала.
В предбаннике перед Зюкиным кабинетом никого не было.
Похожие книги
Мысленным взором
Бюро гадких услуг
Кольцо княжны Таракановой
Девочка Красная Тапочка
Бывшие. Вспомнить всё... (СИ)
