Однажды я выберу тебя

Фейт издала раздражающий звук, похожий на сигнал из какого-нибудь игрового шоу.

– Неверный ответ. Тебе лучше с ним. Только тогда ты становишься собой. – Она коснулась моей щеки. – Разве нет?

Я с несчастным видом кивнул.

– Но речь не только обо мне. Я должен поступить правильно. Попытаться что-то сделать для компании. Папе ведь тоже не нужно полное дерьма наследство. Я это знаю.

– Не хочется тебя огорчать, милый, но твой отец… Как бы это сказать? Ах да. Говнюк.

– Он не всегда был таким.

– Каким? Ярым гомофобом, который скорее отдаст компанию глазастому пенису Милтону, чем собственному сыну?

Я даже не успел ответить, как она уже махнула рукой.

– В любом случае, меня это не касается, – проговорила она и постучала по зубу ногтем, покрытым красным лаком. – Хотя беру свои слова обратно… Это вроде как мое дело. Спасибо за праздничный гонорар.

– Спасибо, что занялась костюмами.

– Они практически подлинные, – произнесла она и встала, чтобы пойти на кухню. – Ты не поскупился.

Я ухмыльнулся. Конечно, это не ее заслуга. Оплатил-то их я.

– Сайлас, милый. Перестань тосковать, иди в душ, побрейся и переоденься.

Я с тобой до полуночи.

– А что потом? Превратишься в тыкву?

– Нет, глупыш, – пояснила она. – После оплата сверхурочных пойдет в полуторном размере.

* * *– Ничего себе, – присвистнув, воскликнула Фейт, когда машина въехала на подъездную дорожку. – Я бы сказала, Эдвард знает толк в вечеринках.

Каменные стены особняка расцветили оранжевые, фиолетовые и зеленые пятна света.

Гости прибывали в лимузинах и седанах. Многие красовались в вечерних нарядах и маскарадных масках, хотя немало встречалось и тех, кто надел настоящие костюмы.

Искусно сделанные, дорогие, словно гости появились из трейлера-гардероба на съемочной площадке. Группка людей изображала голливудскую версию «Семейки Аддамс», включая и собаку, одетую как Кузен Итт, с покрывающей все тело струящейся шерстью.

Мы вошли в фойе, затянутое паутиной, искусно опутавшей лестничные перила и люстру. Фиолетовые и зеленые пятна света повсюду лишь усиливали жуткое впечатление. Конечно, обстановка впечатляла, но я мог думать лишь о цеплявшейся за меня Фейт. Рядом не было сильной руки Макса. И если я сегодня все испорчу…

Я почувствовал, как сгибаюсь под весом того, что могу потерять, если потерплю неудачу.

В Индонезию хлынет ОксиПро, а я лишусь Макса. Вот что на кону, реальный мир и мой собственный.

Сезар, одетый в старомодный смокинг, приветствовал гостей и направлял туда, где можно повесить верхнюю одежду. Там же оставлялись и мобильные телефоны, поскольку строжайше запрещалось фотографировать гостей или дом. Этим займутся предварительно одобренные СМИ.

Вежливо улыбаясь, он кивнул нам с Фейт.